Хильда остановилась и посмотрела на него, как она умела своими холодными голубыми глазами.
— Ты не будешь допрашивать Тони до тех пор, пока я не сниму повязку с руки ее матери. — С этими словами она покинула управление.
Значит, Хильда до сих пор думает, что это Тони стреляла в свою мать. А что тогда? Он снова начал думать о возможном любовнике, шантаже и затаенной злобе и обиде девушки. Но убита-то Алиса, а не хорошенькая, но безвредная свидетельница. А может быть, уж не такая она безвредная?
В ожидании ответа из Гонолулу и известий от Хильды по поводу повязки на руке Нины Роуланд инспектор обдумывал сложившуюся ситуацию. Как же им удалось все это скрыть? В конце концов, пулевое, даже сквозное ранение — дело серьезное. Нужно было скрыть кровь и боль. Не в первый раз инспектор подумал, что Хильда могла ошибаться, но опыт подсказывал ему не торопиться с выводами. Он решил дать ей еще несколько часов, что оказалось ошибкой.
Почти смертельной ошибкой.
Когда Хильда вернулась в дом Роуландов, в холле первого этажа она увидела молодого полицейского, внимательно смотревшего вверх на лестницу.
— Я думал, что девушка больна.
— Да и довольно серьезно, а в чем дело?
Парень в задумчивости почесал затылок.
— Даже не знаю, что и сказать. Только краем глаза я видел кого-то в холле второго этажа. Мне показалось, что это молодая леди. Может, я ошибаюсь.
Взбежав по ступенькам лестницы, Хильда убедилась, что все спокойно. Тони лежала в кровати, а вот Агги нигде не было. Тем не менее Хильду не оставляло сомнение, что Тони все-таки была в холле.
— Сколько времени вы были одни? — безразличным тоном спросила она.
— Всего несколько минут, — слабым голосом ответила девушка. — Агги пошла принести мне питье.
Хильда осмотрела комнату. Вроде ничего не изменилось. На туалетном столике по-прежнему стояла фотография полковника Роуланда, на голубом ковре были видны следы от замытых капель крови из пореза на ладони Тони, как и раньше, домашние туфли и халат висели в шкафу. Но глаза девушки, напряженно следившие за ней, заставили Хильду подойти к ее кровати.
— Зачем вы вставали? Полицейский видел вас.
— Я что, не могу пойти проведать маму?
— Конечно, можете, но для этого не нужно подходить к лестнице. Что вы там делали, для чего вставали?
Девушка молчала.
— Хорошо, вы пришли в себя, и теперь я хочу, чтобы вы вернули мне часы. Они принадлежали моей матери и очень дороги для меня. Я знаю, что они у вас.
— Они лежат в туфле в шкафу, — безразлично сказала Тони. — Когда они собираются меня арестовать?
— А почему вы думаете, что они собираются вас арестовать?
— Потому что это сделала я, — еще более безразличным тоном ответила девушка. — Им не надо больше никаких расследований. Вы можете об этом сказать тому молодцу, что дежурит внизу, или лучше я ему скажу об этом сама.
— Вы убили свою тетю? Убили молочной бутылкой?
— Я же сказала, что это сделала я.
И тут терпение Хильды лопнуло.
— Послушайте, перестаньте играть в детский сад. Вы уже слишком взрослая, чтобы устраивать драматические представления. Кого вы покрываете? Герберта? Ведь это он убил Алису?
— Это сделала я.
— А не приходило вам в голову, что и так ваша доля участия в этой трагедии достаточно велика? Ведь если бы вы действовали как разумный человек, тетя Алиса была бы жива? — Тони пожала плечами и закрыла глаза. — Ведь вы ни чуточки не помогли предотвратить это преступление. Я вам скажу больше. Именно в этот момент полиция ожидает досье на Герберта Джонсона из Гонолулу.
К своему ужасу, Хильда поняла, что девушка снова потеряла сознание. Когда Агги, принеся питье, увидела это, она, не выбирая выражений, накинулась на Хильду, и той не оставалось ничего кроме как уйти из комнаты.
Но беспокойство не покидало ее. Что Тони делала в холле второго этажа? Почему она потеряла сознание, когда услышала, что полиция собирает в Гонолулу сведения о Герберте? Она чувствовала себя потерянной и опустошенной. Нинина дверь по-прежнему была заперта, а от Фуллера не было никаких известий.
В таком состоянии она спустилась вниз, чтобы поесть. Механически жуя что-то, она продолжала рассуждать. Вся ее теория казалась ей сейчас искусственной и притянутой за уши. В конце концов, зачем надо было убивать Алису? Уж если кто-то должен был погибнуть, так это Джонсон. Правда, если…
Сидя в кухне, она заметила, как Агги понесла поднос с едой молодому полицейскому в библиотеку, и, поднимаясь на второй этаж, видела, как он с удовольствием расправляется с ужином. Тони пришла в себя, но отказывалась разговаривать, из запертой комнаты Нины по-прежнему не доносилось ни звука. Она нашла часы, где указала девушка, автоматически их завела и поставила время по будильнику на ночном столике.
Было восемь часов вечера, потом она вспомнит об этом.
Часа два она сидела в комнате Тони, чувствуя, что девушка следит за ней. Однако та не делала никакой попытки заговорить или встать с кровати. Наконец Хильда встала на затекшие ноги и собралась идти к себе, чтобы лечь спать.
