«Она и дальше будет здесь стоять?»
Не то чтобы Ройкин стеснялся, но звонить при старухе в квартиру Леры ему не хотелось. Чувствовал себя так, будто ведьма могла наябедничать его родителям, и те оборвут ему уши за неподобающее поведение.
— К ней пришёл? — Старуха кивнула на запертую дверь.
— Да.
— Ты первый к ней приходишь, — сообщила «Баба-Яга». — Думала, раз красивая, будут кобели стаями прохаживаться, ан нет — не водит. Хорошая. Красивая, но хорошая.
— Знаю, — буркнул Дима.
— Только ты её бойся, — неожиданно продолжила старуха.
— Что? — оторопел полицейский.
Только что Леру хвалили, и вдруг: «бойся»! Причём сказано без шутки, серьёзно, и старуха явно верила в то, что говорит.
— Знаешь, как говорится: «В тихом омуте черти водятся». — Выцветшие глаза похожей на ведьму бабки яростно блеснули. — Не верь ей. Я не верю.
— Потому что она красивая?
— И поэтому тоже.
Старуха захлопнула дверь.
Пару секунд растерянный Ройкин таращился на её дверь, затем едва слышно выругался и коротко надавил на кнопку звонка. Через несколько секунд послышались лёгкие шаги, и девушка осведомилась:
— Кто?
Спокойно осведомилась, без внутреннего напряжения, которое полицейский отмечал в подобных вопросах всех людей, к которым он заявлялся по ночам.
— Кто?
— Я.
— Я — здесь.
— Ты знаешь, кто.
Лера открыла дверь и улыбнулась.
На её лице совсем не было косметики, но из-за этого девушка показалась Ройкину ещё более красивой. И желанной… А может быть, причина таилась в небрежно подобранных волосах: чёрные пряди падали на плечи и лицо, вызывая непреодолимое желание прикоснуться, убрать их, отодвинуть… Или же в лёгком халате, который не скрывал, а дразнил…
— Можно? — тихо спросил Дима.
Вместо ответа Лера сделала шаг назад, Ройкин вошёл в коридор, закрыл дверь и тут же схватил красавицу в объятия…
«Какой же я идиот! Кретин! Дурак!»
Цыпа не стеснялся и более сильных выражений, но что толку ругаться, когда дело сделано? В смысле — проиграно.
«Надо было хотя бы попробовать! Надо…»
Получив от новенькой училки щелчок — а ведь она казалась идеальной жертвой, — Боря, естественно, затаил зло и решил отомстить.
Но как?
Устроить «нападение хулиганов» и вдоволь покуражиться над дерзкой красавицей? Опасно — уголовное дело всё-таки. И недостаточно позорно. Распустить слухи? Глупо. Да и какие слухи сейчас кого заинтересуют? Видели уже столько, что простому сообщению никто не поверит: мало ли что можно наговорить со зла? Но как же отомстить?
Борис мучился все прошедшие недели, а ответ пришёл, как бывает обычно в таких случаях, случайно: получив от грозного папаши указание разобраться, наконец, в гардеробной, Цыпа обнаружил в нижнем ящике мощный и дорогой фотоаппарат, подаренный родителями на прошлый день рождения — в то время Боря ненадолго увлёкся фотографированием. Забытая камера и подсказала подростку план мести: сделать компрометирующие училку снимки, и… Что будет дальше, Цыпа не загадывал. Возможно — предложит гордячке «выкупить» фото особым образом, возможно — распространит по школе. Не нужно делить шкуру неубитого медведя.
К исполнению мести Борис подошёл «по науке»: выследил Леру, определил окна её квартиры и расположился напротив, в подъезде соседнего дома, логично предположив, что мощный объектив, который родители приобрели в дополнение к «зеркалке», позволит сделать качественные снимки с такого расстояния.
Но только, как выяснилось опытным путём, не ночью.
Процесс переодевания Цыпе не достался: вернувшись из клуба, училка сразу отправилась в душ и вышла из него уже в халате. Затем она довольно целомудренно сидела на диване, в руке журнал, на стене напротив — работающий телевизор, и так просидела пару часов. А потом к ней вернулся Ройкин. И они… Они выключили свет! Оставив лишь слабенький ночник, которого категорически не хватало сидящему слишком далеко Борису.
«Идиот!»
В следующий раз нужно рискнуть и залезть на берёзу…
Цыпа выругался, оглядел кривое дерево, убедился, что как раз напротив окна Валерии Викторовны есть подходящая ветка, кивнул себе, снова выругался и побрёл домой.
