Семейный промысел полностью

— Семьи Клана преимущественно базируются в Грюйнмаркте — здесь это территории штатов Массачусетс, Нью-Йорк и Мэн. Но нам, семьям Клана, жаловали дворянство всего шесть поколений назад и старые землевладельцы никогда не позволяют об этом забыть. Совет Клана уполномочен признать детей любого королевского союза полноправными членами — таким образом третье поколение будет королевским, по крайней мере, титулованным, и одаренным. Но пока еще никому не удалось породниться с королевской семьей — ни в Грюйнмаркте, ни в северных, ни в южных землях.

— На западе же, во Внешнем Королевстве, иная ситуация — там гражданские выборы. И опять шаткое положение. Впрочем, образование-то мы получаем здесь, так что фальсифицировать выборы умеем. Но я, кажется, уже говорил о популяционной ловушке? У Совета длинные руки. От них никуда не денешься. Чтобы всё изменить, одного активного члена в их рядах недостаточно. И лично мне это всё надоело. Я подготовил всеобъемлющую программу реформ, которая смогла бы положить конец их зависимости и начать развитие Грюйнмаркта, однако Совет отверг проект даже не читая. Лишь герцог Ангбард удержал их от того, чтобы они не пошли дальше и не объявили меня ренегатом.

— Проясни, — сказала Мириам, наклонившись вперед. — Ты жил с Джанис до тех пор, пока она не перестала мириться с тем, что ты не рассказываешь ей чем занимаешься по два часа на дню, и с тем, что не знает твоего прошлого, а твои предки, вдобавок, не припугнули тебя женитьбой. Верно?

— Неверно, — сказал он. — Я сказал дяде Ангбарду куда он может засунуть свой ультиматум. — Он ссутулился — воплощенное страдание. — Но она бы ушла в любом случае. Она сама пришла к выводу, что я какой-то гангстер или наркобарон, в общем, какой-то мерзавец. Я пытался, непрестанно пытался, получить разрешение остаться здесь навсегда, постараться загладить свою вину перед ней, чтобы всё вошло в нормальное русло. Но её сбила машина. В полиции сказали, что это несчастный случай, а водитель скрылся с места происшествия.

Он погрузился в молчание — рассказ окончен.

«Ну и дела», — подумала она. Нужные слова никак не приходили на ум.

— Между этими двумя событиями есть связь? Я имею в виду — причинно-следственная?

— Ты имеешь в виду, не убил ли её Клан? — резко спросил он. — Не знаю. Я не проводил расследования. Ежегодно водители, скрывшиеся с места происшествия, сбивают тысячи пешеходов. Она бросила бы меня в любом случае и скорее всего мы никогда бы больше не сошлись. Ну, и, предположим, я бы выяснил, что кто-то из моих родственников в ответе за ее смерть. Тогда что? Мне бы следовало их убить, да? Просто ты не жила в состоянии войны. Поверь мне, когда за спиной, буквально из ниоткуда, появляются наемники, устраняющие людей, приятного мало. Гораздо лучше оставить все как есть.

— Такое впечатление, что заговорил совсем другой человек, — уязвила она.

— Да, так и есть, — он криво улыбнулся. — Наполовину я хладнокровный внешнеторгагент, наполовину заблуждающийся романтик-реформист, полагающий, что Грюйнмаркт можно индустриализировать и развить менее чем за полвека, стоит лишь Клану бросить все свои силы на этот проект. Надеюсь, что герцог прислушается…

— Ладно, он старается держать тебя под колпаком. — Мириам замолчала. — Как он считает, ради твоего же блага.

— Политика, — бросил Роланд, словно ругательство. — Покуда всё на мази, хоть трава не расти! — Он растерянно покачал головой. — В том-то и проблема. Слишком много имущественных прав затрагивается, слишком много напуганных людишек, которые воспринимают любое прогрессивное начинание, нарушающее устоявшиеся схемы семейного бизнеса, как выпад, направленный лично против них. Я уж не говорю о старой аристократии, с которой нас вообще ничто не связывает.

— Он манипулирует тобой, пока решает как тебя приструнить, — предположила Мириам. — Возможно, желает связать определенными узами?

— Вот этого я и боюсь. — Он огляделся, пытаясь пересечься взглядом с официанткой. — Надеюсь, ты понимаешь о чем я, — сказал он.

— Догадываюсь, — сказала она с сожалением. — И если он собирается поступить так с тобой, то что уж говорить обо мне?

Обратно в пригородный дом они ехали в дружном молчании. С улицы доппельгангерный особняк казался респектабельным филиалом какой-нибудь компании по разработке программного обеспечения или бухгалтерской фирмой. Когда они въехали на пандус, Роланд подал сигнал на пульт дистанционного управления и барьер ушел в потолок. Лишь теперь Мириам заметила насколько он массивен. — Бомбоубежище, да?

— Ну да. — Он проехал по пандусу не останавливаясь, барьер уже опускался. — Мы не можем позволить себе роскошь оказаться здесь в зоне поражения.

— Вот как. — Её пробрал озноб. — Угрозы. Значит все это правда.

— А ты дкмала я тебе очки втирал? — Он припарковался на стоянке рядом с "ягуаром", выключил двигатель, тщательно осмотрелся и открыл дверь.

— Трудно сказать. — Она вышла и потянулась, оглядываясь вокруг. — Гаражная дверь. Вот что нужно, чтобы чувствовать себя как дома.