Бежать.
Проснувшись в поту, Орберезис подскочил на кровати, но встать с нее смог с трудом – сонный паралич все еще сковывал его движения. Недавний ужин подкатывал к горлу, и от него пришлось избавиться. Мужчина внезапно понял, что ему дико хочется пирога из пластуна. Вообще он его ненавидел, и все же сейчас его буквально охватило это странное желание.
Это просто кошмар.
Долбаный кошмар, ставший его проклятием, преследующий его даже сейчас, мирными ночами. Глаза Орберезиса наполнились слезами, и он разрыдался как ребенок: не столько из-за принесенных сном воспоминаний, сколько из-за всех перенесенных им мучений. Возможно, после стольких лет, когда один и тот же кошмар преследует тебя каждую ночь, в один прекрасный миг ты начинаешь его проще воспринимать – но сейчас все было не так. В тот ужаснейший день из-за сирестирских курильщиков он потерял отца. Потерял все. Но он до сих пор так и не понял, откуда в его сны приходит этот серый гигант.
Он
Когда я смотрю в себя, мне не нужно скрываться. Я становлюсь сильнее. Хаос помогает нам сплотиться.
Оставшаяся часть путешествия прошла ужасно. Орберезис безумно жалел, что он не может распахнуть свою белую мантию, чтобы телу стало хоть чуть-чуть прохладнее. Жар, идущий от тенерыка, на котором он ехал, заставлял мучиться все сильнее. Орберезису очень хотелось почесаться в паху, но Истинный Бог не имеет права совершать столь человеческие поступки.
Перед ним простирались величественные стены города, который, как он думал, он больше никогда не посетит. Это творение Древних казалось настоящим чудом. Ушар, столица двух народов Сирестир и Яб, покоился на возвышающемся над равниной крутом холме, а на самой вершине его стоял охраняемый огромными стенами Дворец Великолепия – город в городе.
