И они сделали то, что просил Яррив, сделали даже больше! Прошло всего полтора часа, как они прибыли, а капсула была освобождена. Защитное стекло было аккуратно помещено на место, встало в пазы и негерметично зафиксировалось. Дальше два бойца перекатили её на волокушу, привязали, проверили надёжность крепления, после чего Джон схватился за длинную цепь впереди, ибо веревка бы лопнула, а Рен пристроился за капсулой и начал толкать её.
Так они и «поехали» в сторону лагеря. Сил это требовало, как им казалось, даже больше, чем при раскапывании. Они, надрывая жилы, старались выжать из себя максимум, старались преодолеть каждый метр быстрее, чем было рассчитано Элеонорой. И они делали это. На какие-то доли секунды, но они были быстрее. Доли складывались в целые секунды, секунды в минуты, а минуты уже не успевали превращаться в часы, ибо расстояние было не то.
Дальше пришлось заносить капсулу в дом, ибо под открытым небом её в рабочем состоянии оставлять было более нельзя, особенно учитывая те цели, для которых она предназначалась. Стоило ей занять место в одной из комнат на первом этаже, коих было достаточно, как Рен тут же приступил к наладочным работам. Предстояло сделать достаточно многое: заменить и перенастроить некоторые блоки, а часть вообще убрать.
В это же мгновение примчалась Анна с водой, моющими средствами, кои были в комплекте для выживания, а также парой тряпок, с помощью которых начала обрабатывать капсулу как внутри, так и снаружи. Нужно было избавиться от грязи, достигнуть если не стерильности, то хотя бы достаточной чистоты, чтобы автоматика капсулы не протестовала. И ей это удавалось, Яррив ей помогал, но произошло то, чего девушка боялась больше всего.
— Твою мать! — подскочила резко она с корточек, после чего, ругаясь, бросилась в сторону выхода из комнаты. — Сердце встало!
— Завела! — восторженно воскликнула Анна, когда двое силачей, которым помогали и Яррив, и Юмико, до конца заталкивали капсулу в одно из помещений. — Подёргается ещё на этом свете новичок! Помучается и приблизит наш успех! Аха-ха-ха-ха!
— У кого-то… — рычал Джон, — едет… крыша!
Говорил он устало, ибо основные усилия прилагал он. Хорошо, если остальная троица прилагала столько же усилий, сколько здоровяк один. Но всё же у них получилось. Ещё через пару минут капсула была установлена, быстро зафиксирована найденными в корпусе креплениями, после чего Рен тут же начал заниматься переоборудованием капсулы, мысленно благодаря Анну за то, что она её уже отмыла в другой комнате, откуда её пришлось переносить из-за «необходимости провести дезинфекцию».
— Сколько времени это займёт? — едва держась на ногах, уточнил Яр, но всё же вытянулся в полный рост.
— Час, — не выдавая никаких признаков усталости, ответил инженер, присев возле тут же открытого люка с приборами. — Не меньше. Элеонора через тебя скинула мне все схемы, базовые. Дальше можно будет модернизировать, когда нужный ИИ… откроем. Но сейчас… час. Всё. Не мешайте. Я дам знать, когда нашего нового союзника можно будет сюда нести.
И, словно отозвавшись на его слова, Андреас завопил во всю глотку, надрывно, в какой-то момент чуть не перейдя на фальцет. Но крик быстро стих, а внутри каждого, даже «бесчувственного» Рена, забилась тревога. Но она быстро развеялась обнадеживающим голосом врача.
— Уснул, — проговорила она. — Точнее, вырубила… сердце работает. Дышит. Сколько ещё протянет… не знаю. Лекарств больше ему не могу давать, иначе организм не выдержит… и он умрёт.
— Понял, — автоматически кивнул Яр, после чего подошёл к темнокожему, положил ему руку на плечо, а тот вздрогнул и медленно повернул голову в сторону командира. — Уснул?
— Скорее, отключился, — дёрнул плечами штурмовик. — Какие дальнейшие распоряжения?
— Иди отдыхай, — недолго думая, объявил командир. — И это приказ. Мало того что всю ночь отстоял, так и капсулу притащил сюда. А на Рена не смотри, его тоже отправлю отдыхать, когда он закончит работать.
— Хорошо, шеф, — кивнул здоровяк. — Я в палатку…
Уходил Джон пошатываясь, в его голове не было никаких мыслей, кроме одной — ему требовался отдых. И он был рад, что командир его отпустил. Сейчас всё равно от его присутствия мало что зависит. Охранение выставлено, периметр прикрывают, да и намёка на врага нет. Он имел право отдохнуть. Но сможет ли?
Вслушиваясь в тишину, Джон направил взор в сторону палатки, в которой лежал раненый Андреас. Ничего не было слышно. Вообще. Словно там уже и не было живых людей. Но штурмовик прекрасно понимал, что это просто иллюзия, и если боли усилятся, то никакое лекарство не спасёт, только кома, полноценная, которую сможет обеспечить медицинская капсула.
Оказавшись в палатке, Джон начал медленно снимать с себя броню. Это следовало сделать снаружи, стоя в полный рост, но он забылся, залез, а вылезать уже было поздно, процесс разборки начался. И всего через десять минут уже закончился, после чего лицо штурмовика соприкоснулось с подушкой спального мешка.
