Слова жены задели тонкие струнки самолюбия Юрия. По большому счету он был не особо против послушать радио и без возражений переключил магнитолу, но супруга назвала столь любимую им музыку дурацкой, а затем демонстративно подчеркнула, что она ей не нравится, сделав это безо всякой цели, очевидно назло, потому как в тот момент он уже успел выключить ее. От этих ничем не обоснованных нападок он вдруг испытал сильнейшее раздражение и злость на жену.
Прежняя веселость Юрия пропала без следа: чувствуя неприятный осадок в душе от обидных высказываний супруги, он сосредоточенным взглядом устремился на дорогу. Ольга же, увидев, что ее слова ранили мужа, вдруг испытала жалость к нему и тут же укорила себя за отпущенные колкие замечания в его адрес. Супруги полностью погрузились каждый в свои безрадостные мысли.
— Смотрите, Алладин! — раздался громкий голос Саши, показывавшей пальцем на высившийся впереди большой баннер с рекламной афишей детского театрализованного представления. На баннере были изображены восточный принц, принцесса, джинн, тигр и мартышка. — Папа — принц, я — принцесса, а мама — тигр, — разглядывая баннер, добавила девочка уже заметно тише, будто теперь она не обращалась к родителям, а просто невзначай озвучила вслух свои мысли.
Слова дочери сбили супругов с их гнетущих мыслей, и они, отвлекшись, переключились каждый на свое.
— Вот это красотка! — спустя некоторое время восхищенно воскликнул Юрий, обращаясь к жене и кивая головой в сторону тротуара.
Ольга перевела взгляд в направлении, куда указывал муж. Вдоль дороги шла девушка без шапки, с длинными хорошо уложенными волосами, одетая в легкую курточку, подбитую широким рыжим меховым воротником, до предела короткую юбку, тонкие не по погоде капроновые колготки с двумя вертикальными на всю длину полосками сзади, стилизованными под шов, наподобие тех, что носили в шестидесятых годах прошлого века, и туфли на платформе с длиннющими каблуками.
— Разве
— Оля, мы же сто раз с тобой это обсуждали. Ты отлично знаешь: я говорю так не потому, что мне нравится эта девушка…
— Ты сказал: «Вот это красотка!» Это что вообще такое?
— Ну сама посуди, я даже лица ее не мог отсюда разглядеть. Может, она вообще страшнющая. Я просто отметил, как она одета.
— Да не должен муж такое говорить!
— А что, лучше врать?! — воскликнул Юрий, перейдя на один тон с супругой. — Все мужики смотрят на других женщин. Все без исключения, просто большинство скрывает это. Так к чему ложь? Она только вводит жен в заблуждение, не позволяя трезво оценить ситуацию. А потом и получается, что мужчина уходит из семьи, а супруга недоумевает: «Но ведь он так любил меня. Никогда не смотрел на других женщин, они для него просто не существовали». Я же честен с тобой и говорю прямо: ты прекрасна и дашь фору любой девушке. Мне не нужна эта красотка, я хочу только, чтобы ты выглядела так же эффектно. Ты от природы обладаешь великолепной внешностью и фигурой и, если бы еще одевалась соответствующе, была бы просто неотразима. У тебя имеются все возможности для этого, и я лишь хочу, чтобы ты была неотразима.
— Есть же где-то нормальные мужики, — уже тише, будто смирившись с чем-то, произнесла Ольга. В экспрессивной речи мужа она уловила признание ее красоты, неказистое, но искреннее и оттого приятное ей.
— Хм, «нормальные мужики», — тоже снизив голос, хмыкнул Юрий и тут же вдруг, просияв в лице, продолжил: — Я тебе не рассказывал про заставку у Рината на телефоне?
— Нет.
— У него на весь экран фотография обнаженной женщины. Ха-х! Прикинь?! У взрослого женатого мужчины с двумя детьми на заставке телефона изображено голое тело сексуальной модели! — весело посмотрел на супругу Юрий.
Он не осознавал причину, по которой отпустил бестактное замечание в адрес друга, здесь даже не присутствующего, и если бы кто-то спросил его, зачем он это сказал, то он бы с совершенно искренней убежденностью ответил: «Просто так, интересный момент». Но в глубине души Юрий прекрасно понимал, в каком выгодном ракурсе предстанет перед Ольгой на фоне Рината с его крайне неуважительным отношением к Вике, и именно это бессознательное желание побудило его озвучить супруге подмеченное наблюдение.
— Права Кристина, — сказала в ответ Ольга. — Все вы, мужики, одинаковы. Мы отдаем вам себя без остатка, а вы это вовсе не цените. Вон Полина столько лет посвятила мужу, пожертвовала для него всем, а он такое сейчас с ней вытворяет. Мучает ее, и, похоже, все идет к тому, что она вскоре останется одна, без жилья, без нормальной работы. В этом ваша благодарность.
— Что, у Завязиных совсем плохо?
— А что, хорошо, что ли? Глеб с декабря открыто живет на две семьи. Так же не может долго продолжаться.
— Для женщины в наше время не должно быть сюрпризом, что муж бросает ее и уходит к другой, — рассудительно заметил Юрий.
