— Я вернулся, как и обещал, — Никита с обезоруживающей улыбкой снова стоял на пороге гостиничного номера Сребренки и с одобрением оглядывал девушку, уже ждавшую его в своей рабочей одежде, в которой она убегала с Романом от наемников. — Пошли?
Не говоря ни слова Сребренка накинула на себя куртку, подняла с пола черную сумку, купленную в местном магазине для вещей, которыми она успела обзавестись в Златиборе, и вышла в коридор. Захлопнула дверь.
— Я уже сказал администратору, что ты выселяешься, — Никита отобрал сумку у девушки. — Никаких проволочек не будет. Отдашь ключи, распишешься. Я подожду на улице.
Сребренка шагала рядом с молодым русаком, испытывая непонятные чувства. Ей хотелось радоваться, что нашелся человек, взявший на себя чужой долг; и в то же время страх неизвестности сжимал сердце. Этот Никита невероятным образом излучал уверенность в своих действиях. Как будто он заранее знал, чем закончится рискованное, по мысли Сребренки, путешествие. Девушка не догадывалась, что ей предстоит увидеть, а то бы наотрез отказалась от подобной помощи.
Сначала этот странный, грязный и мрачный подвал с кучей всевозможного хлама. Пыль, раздражающая слизистую носа, отчего девушка несколько раз чихнула, пока молодой волхв не протянул ей платок с искусно вышитым вензелем на полотне в виде буквы «Н» и двумя обвивающими ее розами. Причем, одна была алой, а другая голубой. Довольно интересный рисунок.
— Не жалко, что такую красоту испорчу? — спросила Сребренка, прижимая шелковую ткань к носу, пахнущую тонким ароматом чужих духов. Именно духов, а не мужского одеколона.
— Ты так чихаешь, что привлечешь к нам внимание, — усмехнулся Никита. — Не жаль. У меня хватает таких платков.
— Какие у тебя заботливые жены, — оглядываясь по сторонам, сказала девушка. Она не сразу заметила возле дальней стены цилиндр на ножках.
— Не жалуюсь, — Никита взял Сребренку за руку и остановился возле непонятного предмета. — Сейчас кое-что произойдет. Не кричи, не вырывайся в панике. Просто стой. Можешь закрыть глаза, если страшно.
— Еще чего! — возмутилась девушка. — А вдруг ты набросишься на меня, когда я закрою глаза? Изнасилуешь и убьешь?
— Какие вздорные мысли у такой хорошенькой девушки, — буркнул Никита расстроенно. Не ожидал он, что его заподозрят в мерзком желании причинить зло. — Не заставляй разочаровываться в тебе.
Сребренка ничего не ответила, густо покраснев от дурацкой выходки. Впору прикусить язык. Вместо самоистязания она вцепилась в рукав молодого русака, ощутив скрип кожи под пальцами.
— Дуарх! — выкрикнул Никита и добавил еще парочку слов, звучащих для ушей Сребренки как настоящая абракадабра.
Девушке показалось, что она окунулась в зимнюю пургу. Холодный ветер взметнул пыль с пола, стен и потолков, постепенно материализуясь клубящейся фигурой. Ее голова уперлась в потолочное перекрытие, и гулкий голос сотряс помещение:
—
— Ой! — пискнула Сребренка и неосознанно прижалась к Никите, словно увидела в нем защиту. Она даже не предполагала, насколько подавляюще действует инфернальная тварь на человеческую энергетику. Страх, неуверенность и жуткая, давящая на плечи сила магии, выпивающая жизненные токи.
Никита крепко сжал девушку в объятиях, чувствуя, как ее аура начинает тускнеть, а сама она судорожно стала глотать воздух.
— Шевелись, слуга! — рявкнул волхв, раздосадованный ненужной болтовней Дуарха. — Девушке плохо!
Он не ожидал, что Сребренка окажется настолько чувствительной к инфернальной магии. Ведь неодаренные не замечают водяных, леших, домовых и прочую энергетическую субстанцию, живущую бок о бок с человеком. Вернее, на них воздействие подобной энергетики весьма слабо. А тут непонятная реакция. Может, девушка неинициированная? Бывали такие случаи, что простолюдин, доживший до двадцати, а то и до тридцати, мог внезапно ощутить в себе необычную перемену. Он начинал видеть аурные потоки, создавать слабенькие плетения, воздействовать на организм — можно представить, какой шок испытывал человек, и что мог натворить.
— Доверься мне и ничего не делай! — успел сказать Никита обмякшей Сребренке, и в тот же миг невероятная сила увлекла его в бездонный колодец, наполненный ледяным воздухом. Всего лишь два удара сердца — и он стоит посредине какого-то двора, окруженного солидной кирпичной стеной, с хозяйственными постройками и испуганными людьми в простой рабочей одежде.
Кто-то ахнул, узнав в объятиях странного человека в кожаном плаще Сребренку, настолько бледную, словно потерявшую огромное количество крови. Никита осторожно разжал руки; девушка покачнулась, но тут же показала жестом, что не нужно ее излишне опекать.
— Господарика Сребренка! — кинулась к ней дородная баба.
— Стоять! — повысил голос Никита. Он с досадой сообразил, что эти люди не поймут русского языка. Но хотя бы эмоциональный посыл дойдет до них. — Кто здесь старший? Девушку напоить горячим сладким чаем и уложить под теплое одеяло!
