После сдачи «теоретического» экзамена на получение профессии пилота средних кораблей, земляне, по очереди, совершили на крейсере необходимые для получения зачёта манипуляции и перестроения в ручном режиме управления и теперь тоже ждали начала перехода. Сделав нужные навигационные рассчёты, вернее, правильно выдав соответствующее задание искину корабля, который, собственно, только и способен подобные рассчёты производить, и совершив один успешный гиперпереход в ранге пилота - стажёра, они получали, наконец, долгожданную «засечку» на нейросети и отметку в индивидуальной карте о присвоении им звания пилота средних кораблей.
После дополнительных консультаций, с учётом обсуждения литературных «опытов» Брату, решено было принять Александра, Ирину и Леонида в состав экипажа в качестве «привлечённых специалистов», в рамках временного контракта. Виктор пока оставался своеобразным «вольным стрелком» и пассажиром. Что ожидало их крейсер в Завале, никто предсказать не мог, и было бы обидно не иметь возможности «прихомячить» в пользу будущей корпорации часть ценностей, которые вполне могут «упасть» в ходе работы с повреждёнными в боях кораблями в тех опасных местах. Тем более, что не исключалась даже возможность заполучить подлежащий ремонту и восстановлению не фатально повреждённый корабль. Правда, такие корабли как раз и были наиболее опасными, так как малая повреждённость повышала вероятность частичного сохранения их боеспособности, и Руду планировал работать исключительно с остатками лишённых всякой энергоактивности кораблей. Но, Алекс демонстрировал подозрительную уверенность в успехе подобных опасных затей. Невозможность расспросить землянина подробнее о происхождении такой уверенности, настроения капитану явно не прибавляла.
Несмотря на очень высокий интеллектуальный потенциал земной группы, Руду всё же ошибся, определяя возможные сроки основной учёбы. Со времени выхода из «кошачьей» аномалии прошло уже три месяца и восемь дней
Поскольку, затягивать процесс получения землянами профессии пилотов «средняков» Руду не собирался , то уже в первом прыжке место пилота - стажёра занял Леонид, с тем, чтобы сразу после получения заветной отметки о профессиональном росте, улечься в операционный медкомплекс для долгожданного полного восстановления здоровья с частичным омоложением и регенерацией утерянной некогда конечности.
Перед самым прыжком, Александр уже знакомо помедитировал, и «подтвердил» переход. Затем он сделал какие то записи и , даже, зарисовки на листке пластика, изготовленного дроидами под руководством Брату. «Озадаченный» Алексом искин, смог, после непродолжительных опытов, создать солидную пачку таких листков, почти полностью повторявших свойства писчей бумаги, только, записи, сделанные им же сотворённым фломастером, можно было многократно удалять смоченной спец составом губкой и использовать листы вновь. Свернув пластик вдвое, на подобие тетрадного листа, Алекс отдал его капитану, предложив ознакомиться с написанным после получения первых результатов предварительного определения статуса системы прибытия. Руду с трудом подавил желание развернуть листок немедленно, положил его на край голопанели и придавил планшетом.
Переход занял шесть часов, и довольный Леонид, заполучив заветную отметку о профессиональном росте, отправился в медотсек, чтобы целую неделю, по его словам, «притворяться повреждённой ящеркой».
- Не увлекайся там, а то кроме второй ноги как бы хвост себе не отрастил, - напутствовал его пришедший проводить товарища Виктор: -.То - то «щемить» будет удобно! Затем, он грустно посмотрел вслед ушедшему, поскольку для него обретение второй ноги опять откладывалось на неопределённый срок.
Доклад искина по статусу системы прибытия показал наличие в ней четырёх планет «марсовых» размеров с крайне разреженными атмосферами и одного газового гиганта, размером с Сатурн, на самой дальней от звезды орбите. Астероидных поясов в этой системе не имелось. Алекс показал Руду на придавленный планшетом листок пластика, о котором капитан, в напряжении завершающей стадии прыжка, уже подзабыл. Развернув листок, Руду оцепенело уставился на нарисованную на нём точную схему системы прибытия. Не ней были изображены все планеты, с достаточно верно указанным соотношением масс планет, и довольно точно определённым удалением орбит от центрального светила. Преодолев, наконец, невольный ступор, капитан поднял глаза на спокойно ожидавшего его реакции Александра и только открыл рот для неизбежного вопроса, как был бесцеремонно остановлен, несомненно отслеживавшим происходящее, Брату:
- Настоятельно рекомендую капитану отложить обсуждение моих литературных упражнений на более поздние сроки. А также, подтверждаю свою рекомендацию - всемерно учитывать мнение специалиста Александра, как возможного интуита, при выборе дальнейшего маршрута.
