- Ты и Поттера убил? – Внезапно замер я, вспомнив о лежавшем на газоне гриффиндорце, и внутренности словно бы завязались тугим узлом. Мальчика, который выжил, Темный Лорд ненавидел еще больше Дамблдора, так что его убийство наверняка принесло бы Снейпу сто очков вперед. Но лицо Северуса приняло шокированное выражение, словно я только что обвинил его в самом большом извращении на свете. Кажется, он даже перестал дышать.
- Ты с ума сошел? – Выдохнул он, все еще потрясенно разглядывая меня, словно посреди старого пыльного ковра вместо меня вдруг появился келпи. – Я бы никогда…
Никогда что? Не убил ребенка? Не убил Поттера? Или никогда не сказал бы тебе правду? Но окончания фразы не последовало. Вместо этого он отрешенно, словно бы не мне, прошептал:
- Я не убийца.
И злость снова начала наполнять меня, поднимаясь откуда-то из глубин души, и пальцы крепкой хваткой сомкнулись вокруг палочки, поднимая ее вверх, чтобы прицелиться в его сердце.
- Ты убил Дамблдора!
- Я же сказал, так было нужно, Блейз…
- Ты убил моего отца! – Закричал я, не помня себя от ярости, и слезы брызнули из глаз. Палочка смотрела прямо на грудь Снейпа и ни капли не дрожала. – Это тоже было нужно?!
9. Северус
Блейз, как всегда, задавал правильные вопросы и сразу видел изъяны в логике, а потому оправдаться перед ним у меня не было ни единого шанса. Естественно, он мне не поверил. Мне казалось, я к этому готов, но последнее обвинение выбило почву у меня из-под ног. Замерев, я хватал ртом воздух, как выброшенный на берег гриндилоу, не понимая, как он мог узнать об этом. Неужели Нора что-то рассказала? Раскрыла сыну величайший секрет своей жизни? И когда? Они не встречались с пасхальных каникул. Не мог же он еще с тех пор все знать, но захотеть поговорить со мной лишь в последнюю ночь триместра?
- Как ты?.. Кто тебе?.. – Я хотел спросить, но не находил слов. Впервые мне стало стыдно смотреть ему в лицо, но я не трус, чтобы прятать взгляд. Подняв голову, я заглянул в глаза Забини, но вместо шоколадных они стали почти черными из-за в ужасе расширенных зрачков. Судорожно сглотнув, я сделал шаг вперед, и тогда почувствовал, что мне в грудь уперся кончик его палочки. Я убрал свою в карман, демонстрируя, что не собираюсь на него нападать.
- Не подходи! – Закричал Блейз, и я заметил, как дрожали при этом его губы. – Ты… Ты… - он тоже задыхался и не находил слов, только усиливая нажим на палочку, словно пытался проделать во мне дыру без использования заклинаний. Я предпринял заранее провальную попытку:
- Это было…
- Нужно, да?! – Издевательски перебил Забини, и я заметил слезу, скатившуюся по его щеке. – Ты думаешь, что сможешь хоть как-то себя оправдать?! Ты предатель! Ты готов убить любого, кто доверял тебе, да?! – Он перешел на крик, сам того не замечая, и я поймал себя на мысли, что никогда еще не видел его таким. Таким опустошенным и таким сломленным. Мне безумно захотелось обнять его, прижать к себе и целовать, пока не высохнут последние слезинки, объяснить, сказать, что я никого не предавал, и как он мне дорог, но я знал, что стоит мне двинуться, и в меня, как минимум, полетит какое-нибудь проклятье. Это было больно – смотреть на него и не иметь возможности что-либо изменить. Не иметь возможности дотронуться, проведя кончиками пальцев по смуглой щеке, стирая мокрые дорожки. Но я молчал, собрав всю волю в кулак, и продолжал слушать. – Ненавижу тебя! Ненавижу! – Блейз принялся колотить меня палочкой в грудь, и я схватил его за руку, выбивая опасный сейчас для нас обоих инструмент из его пальцев. Палочка застучала по пыльным доскам пола, рассыпая искры.
- Ты мог причинить себе вред, - пояснил я, тут же отпуская его руку. В другое время мне ни за что не удался бы этот маневр – реакция у мальчишки отменная, чтобы предугадать и перехватить мое движение. Достаточно вспомнить, как случился наш первый поцелуй. Воспоминание мучительно, но я все же позволил картинке пронестись перед глазами, чтобы напомнить себе, что ненависть Забини сильнее, если идет от любви… И осознание того, что я тоже люблю его, больше всего на свете, словно ледяным Акваменти окатило меня с ног до головы.
- Я хотел бы причинить вред только тебе, - зло прошипел мальчишка, вцепляясь в отвороты моей мантии. – И для этого мне не нужна палочка!
Фраза прозвучала предупреждением, но я все равно промедлил с реакцией, в глубине души понимая, что заслужил эту боль. Блейз сжал кулак, наотмашь ударяя мне по лицу.
- Предатель!
Еще удар, в челюсть, на этот раз сильнее.
- Убийца!
