Когда Торвента, стремглав летевшего впереди всех головокружительными извивами лестницы, отделяло от входа в каземат ровно восемь ступеней, Хрусталь Стагевда исчез в огненном смерче. Оглушающий удар загустевшего от неимоверной скорости воздуха швырнул престолонаследника под ноги Харманы.
Прежде чем они успели подняться, снаружи донесся чудовищный грохот – будто бы вся легендарная Ярость Вод Алустрала обрушилась на бесплодные берега Священного Острова.
Стены Стагевда теперь не существовало. Густая Вода претерпела повторное изменение и обратилась тем, чем была раньше, – сухой пылью, светом, пеной и морской горечью.
Две кольцевые волны разошлись в стороны от сокрушенной Стены Стагевда. Одна вернулась к скалам Дагаата, вторая перекатилась через палубы приземистых варанских кораблей.
Некоторые корабли отшвырнуло назад на десятки локтей, но все они уцелели. Варанцы знают толк в корабельном деле. Да и Шет окс Лагин догадывался, что им предстоит встретить у Дагаата отнюдь не хлебосольный прием. Поэтому морские воды, алчно облизнув наглухо задраенные палубные люки, наградив жестокими ласками варанских воинов, забрав с собой совсем немногое, ушли сквозь приуготовленные проломы в фальшбортах и транцевых досках.
Золотой Цепи тоже не было больше. Она рассыпалась мелким прахом и канула в пучину вод.
Цепь сделала свое дело. В опустевшем трюме «Молота Хуммера» осталась только невзрачная рыжая крошка, да и той было совсем немного.
– Что же, милостивые гиазиры, благодарю за помощь! – радостно прорычал Шет окс Лагин, обращаясь к своим союзникам. – Теперь слово за сталью.
Ганфала, чье лицо со времен битвы в проливе Олк сменило цвет с оливкового на землисто-серый, промолчал. Вежливость и напор варанского князя полностью парализовали его волю. Из какой бездны выходят такие маги?
– Сегодня сталь наговорится всласть, – сказал Горхла лишенным выражения голосом.
Берега Дагаата – сплошь неприступные скалы, возносящиеся ввысь на десятки локтей. Они отвесно обрываются в море и под ними нет даже крохотной полоски земли, за которую могли бы зацепиться нападающие. Гавань – единственное место, где можно сойти с кораблей на берег.
В тот день гавань была сплошь забита кораблями Лорчей и Гамелинов. Их было бессмысленно выводить в море, чтобы попытаться сразиться с огромным флотом Шета окс Лагина. Это Герфегест понял еще вчера, поэтому судьбы мира было решено вершить в сухопутном сражении.
Здесь обороняющиеся имели некоторое преимущество, потому что высадиться на берег, занятый неприятелями, – дело нелегкое. Особенно когда твои неприятели – Лорчи. Увы, варанцев впятеро больше. Увы, с ними был Шет окс Лагин. На их стороне были Орнумхониоры. А также – Ганфала, Ваарнарк, Горхла.
Это означало, что сражение будет проиграно. Это Герфегест тоже прекрасно понимал. Но из понимания не сошьешь парусов. Не сваришь на нем суп. На украсишь им летописи…
Да, они будут сражаться и они будут погибать. Они будут сражаться за каждую пядь бесплодной и, увы, осмысленной одним лишь ужасом земли Дагаата. Они погибнут все. Вопрос лишь в том, как они погибнут.
– Останусь здесь, – неожиданно сказал Торвент, когда они понемногу пришли в себя после взрыва Хрусталя Стагевда.
Герфегест и Хармана воззрились на него с недоумением.
– Сейчас Герфегест скажет: «Скорее вниз, в гавань. Быть может, нам удастся остановить Шета». Так вот я и отвечаю: «Останусь здесь».
– Да, – озадаченно пробормотал Герфегест. – Я действительно собирался сказать так.
– Для того чтобы знать это, не нужно быть ясновидящим. Достаточно знать тебя. – Престолонаследник улыбнулся. – Я не стану отговаривать тебя, потому что ты упрям как тысяча ослов и все равно пойдешь туда, чтобы поспеть к высадке варанцев.
– Да, я пойду, – твердо сказал Герфегест. – Потому что так велит мой долг Хозяина Дома Гамелинов. Это же велят мне устои Дома Конгетларов. А ты поступай как знаешь.
– Идем, – тронула Герфегеста за локоть Хармана, окидывая Торвента взором, в котором можно было уловить тень презрения. Презрения смельчака к трусу, воина – к вельможе, отважного вассала – к осторожному сюзерену. – Сын Лана надеется, что его шкура будет сохраннее в стенах цитадели.
– Определенно сохраннее, – кивнул Торвент. В его голосе не было и тени обиды.
Корабли варанцев один за другим втягивались в гавань. Они входили беспрепятственно: у Лорчей вовсе не было метательных машин, а немногочисленные стрелометы Гамелинов были сосредоточены для обороны цитадели далеко от береговой кромки.
Лагерь Лорчей на плато Поющих Песков выглядел заброшенным. Покинутыми казались и их корабли, ошвартованные вдоль всего полукружия гавани.
«Молот Хуммера», «Голубой Полумесяц» и файеланты Орнумхониоров оставались на рейде, пропуская вперед, в гавань, все новые и новые варанские галеры.
Шет окс Лагин, пристально вглядываясь в палатки и шатры лагеря, в корабли и угловатые рукотворные скалы над плато Поющих Песков, задумчиво покусывал губу. Сражение началось час назад вместе с ревом трубы на «Молоте Хуммера», а пока еще не пролилось ни капли крови. Непорядок.
