Элиен надеялся на то, что раздвоенная личность Шета еще несет достаточно черт своего прежнего единоличного хозяина. Он еще надеялся уладить дело миром. Вернуть Шета Шету. Ведь все-таки сам он был величайшим магом Сармонтазары, унаследовавшим у Леворго и Диорх, и знания о нем. Так неужели магия Лишенного Значений – лишь слабый проблеск под мертвенными лучами блуждающей души неупокоенного Звезднорожденного, чье имя Октанг Урайн?
И еще ему хотелось увидеть Шета. Быть может, все не так плохо, как о том глаголют знаки и знамения? Быть может, на глазах у своих солдат братья наконец достигнут согласия и Черный Морок Хуммера покинет Сармонтазару навсегда?
Но у стен Ордоса Элиена ждало нечто большее, чем разочарование.
– Они сдаются, милостивый гиазир, они сдаются! – не веря своим глазам, возопил Торк, главный начальник стрелков. На крепостных стенах развевались стяги – все сплошь черные.
– Они открыли ворота! Шет окс Лагин признал нашу победу! – ликовал Ашера Тощий, предводитель гвардейцев-ирвамессов.
– Посмотрите, вон тащатся знатнейшие горожане Ордоса! Видите двух белых кроликов и венок из сушеного хмеля? Это знаки мира! – ликовали солдаты, которым так и не случилось обагрить клинки.
Но Элиен не спешил ликовать. Среди сутулых тучных фигур капитулянтов он не мог углядеть стройного силуэта своего брата. Что там «углядеть» – Шета среди них просто не было!
– Где ваш князь? – осведомился Элиен, когда перепуганные варанцы склонились перед ним в низких церемониальных поклонах, а старейший из них передал Элиену белого кролика в знак повиновения и чистоты намерений.
Элиен знал кое-кого из них чуть не двадцать лет. Но сейчас это не имело никакого значения – какая разница, раз они теперь воюют на стороне Хуммера…
– Сиятельный князь Шет окс Лагин, Пенный Гребень Счастливой Волны, Молот Морей, Прозревающий Сквозь Туман… – словно бы читая заклинание, забубнил старейший в делегации, – …изволил отбыть во главе ста тридцати кораблей из града Вергрин сегодня утром.
– Куда же он изволил отбыть? – Элиен буквально пригвоздил старейшину взглядом к месту, чтобы тому неповадно было врать. Да и бубнить заодно.
– О том нам знать не дано, – трясясь, словно бы в лихорадке, отвечал варанец. Ему совсем не хотелось гневить брата Сиятельного князя… – Но кормчим он приказывал править на юг. Что там у нас на юге… м-м-м…
– Ничего, – в недоумении прошептал Ашера Тощий. Он первый раз слышал о таком странном стратегическом маневре: оставив осажденную столицу на милость победителя, все войско Сиятельного князя устремляется в никуда на быстроходных кораблях.
«На юг, сыть Хуммерова… А что на юге-то? Ают, с которым никто никогда не воюет, потому что никто толком не знает, что там вообще творится, а народ там лютый – женщины управляют мужчинами… Дальше – Тернаун. Тернаун – не подарок. Людей мало. Денег – и того меньше. А на рейде Магдорна дремлет брюхом кверху Морской Тритон, который может весь варанский флот сожрать на завтрак. Ну вот и все. Дальше – только Хеофор. И опять же, какого рожна там делать второй по мощи армии Сармонтазары?»
«Пшел!» – Элиен стегнул жеребца по упитанному боку и, оставив варанскую делегацию целовать пыль под ногами его войсководителей, словно ураган пронесся перед неумолимо разваливающимся от осознания победы строем. Он больше ничего не сказал ни варанцам, ни своим солдатам. Впрочем, о немногословии свела в войске ходили легенды, так что никто не удивился.
Элиен был очень зол. Настоящая война неминуема. Война еще только началась, даром что Ордос был сдан ему без боя. Война придет в Сармонтазару с черного хода.
Придет из мира воды, из Синего Алустрала. Туда, именно туда, а не на какой-то драный Хеофор отправился Шет. Туда – к Морским Вратам Хуммера, соединяющим расчлененный на две неравновесные половины Круг Земель.
Элиену не догнать Шета. Его флоту не поспеть за флотом Шета. Войску Элиена не пройти вслед за своим свелом в земли Алустрала. Даже ему, Звезднорожденному, не хватит магического могущества провести через Горные Врата Хуммера более сотни солдат…
Неужели поздно?
«Жемчужина морей» вошла в канал и ошвартовалась у длиннейших причалов Восточного Порта восемнадцатого числа месяца Гинс.
Хозяева Гамелинов сошли на берег первыми. За ними последовали четверо телохранителей во главе с Мелетом.
Рем Великолепный сохранил большую часть своего помпезного великолепия даже после недавнего кровопролитного штурма мятежников. Город грабили только один день, а потом Стагевд под страхом смертной казни (других наказаний бывший Хозяин Гамелинов не признавал) запретил всякое насилие и посягательство на чужую собственность. Вроде как покуражились – и хватит. Нескольких отчаянных ослушников казнили привселюдно и мародеры перевелись сами собой.
Герфегест, который немало узнал о Стагевде после своего воцарения над Гамелинами, не мог не признать, что «пожиратель детей» и «растлитель дев» был наделен недюжинными талантами государственного мужа.
