Ой. Ее накрыло огромной тенью, и рядом шагнула нога… нет, ножища… ножишащища! Вероника зачарованно уставилась на громадную дядететю (она не поняла, кто это) и снова грустно ощутила свою маленькость.
— Ты кто? — пискнула она.
Тень как будто посмотрела на нее, а затем заклубилась, рассеялась и снова возникла дальше, в другом месте. Она словно шагала одновременно и тут, и где-то еще, очень высоко, среди облаков.
— Лядна, — поняла Вероника.
Она шла туда, откуда доносилась музыка. К большому, но маленькому домику со смешной крышей, загнутой во все стороны. Там в воздухе плескались огни, все было каким-то разноцветным и очень вкусно пахло.
Дорожки никакой не было, и Вероника поминутно спотыкалась. Жалко, что она не взяла свой посох… а, хотя нет, взяла. Вот же он.
Она в очередной раз споткнулась, пнула собачий череп и сказала:
— Далековато…
Домик почему-то совсем не приближался. Вероника уже, наверное, целый час топала, а он все оставался на том же месте. Тогда она отвернулась и пошла спиной вперед, потому что это разумно и так сделал бы любой, кто старше двух лет. И идя так, она очень скоро наткнулась пятками на деревяшку и плюхнулась попой на крылечко.
— Ай.
Ладно, она не все продумала.
А еще она не смогла дотянуться до ручки двери. Та была слишком высоко. Вероника вздохнула и жалобно попросила:
— Двеитька, двеитька, отвоись, позялюста.
Дверь сразу же отворилась. Мама говорит, что вежливость города покоряет. Вероника вошла внутрь и поняла, что попала в какое-то хорошее место, потому что тут было очень много всяких существ, и все они смеялись, пели и танцевали.
А у самой двери стоял большой проволочный человечек. Вместо головы у него был олений череп, он наклонился к Веронике и проскрипел:
— Привет, девочка, а что ты тут делаешь? Ты потерялась, малышка?
— Неть, я гуляю, — честно ответила Вероника.
— Не стоит гулять тут одной, без родителей. Может, ты спишь?
— Неть, я в ськафу.
— Хм-м… может, Фобози забыл запереть?.. Ты боялась спать ночью?
Вероника неопределенно помотала головой. Пусть не думает, что она чего-то там боится.
— Мне нельзя пьизывать, поэтому я усьла, — объяснила она.
— Лучше уж призывать, чем бродить где попало, — объяснил проволочный человечек.
— Пьявда?! — обрадовалась Вероника.
— Да. А кого ты призываешь? У тебя есть знакомый дух?
— Дя. Ты. Как тебя зовут?
— Я Эдвиаль Окклюменто Кьянтеркобелико.
Вероника с грустью поняла, что не запомнит и не выговорит такое имя.
— А ты мальтик или девотька? — спросила она.
— Я Сторож Пространства Между.
— А тё такое пьястанство мезьду? — спросила она.
— Я не смогу объяснить так, чтобы ты поняла, — с сожалением произнес проволочный человечек. — Тем более, что за тобой уже пришли…
— …Вероника!.. — донеслось откуда-то издали. — Вероника!..
Вероника испугалась, что это мама, и ее накажут, но это оказалась Астрид. В воздухе распахнулись двери… двери шкафа!.. и Астрид рассерженно сказала:
— Мама, она в шкафу спит!..
Вероника моргнула. Да, вокруг уже не было ни домика с танцующими существами, ни музыки Пространства Между, ни проволочного сторожа Кобелики. Только шкаф с кучей одежды, на которой Вероника… уснула, наверное.
— Ну вот куда тебя все время несет? — сердито спросила Астрид, помогая сестре выбраться. — Нельзя сидеть в шкафу, там утащит Фобози. Знаешь, какие у него когти? Здоровенный, черный, у него огромные когти, и он любит есть детей!
Вероника задрожала, глядя на одежду в шкафу.
— Хватит ее запугивать, — сказал папа, входя в детскую. — Нету никакого Фобози, это детские страшилки.
— А тё такое Эдвия Оклюмия Кьянтей-кобелика?.. — спросила Вероника.
Папа вздрогнул. Он пристально посмотрел на девочку и сказал:
— Это… злой дух. Где ты про него услышала?
— Там… пьиснился.
Папа выдохнул, взял Веронику на руки и понес вниз, умываться и завтракать. По дороге он размышлял, не позеркалить ли Тауване, не попросить ли… чего-нибудь. В последнее время младшая дочь пугала его до усрачки.
Астрид, даже будучи демоном, не вызывала такого глубинного ужаса. Ну да, в совсем раннем детстве она пыталась убить отчима, да и потом порой проявляла всякое… демоническое, но у нее не было настолько непредсказуемых способностей.
— Наша дочь увидела во сне Кьянтеркобелико, — доложил он Лахдже, пока Вероника мыла ручки.
— Что это за дерьмо и почему оно должно меня волновать? — осведомилась жена.
— Ты же демон. И в астрал ходишь. Ты о нем не слышала?
— Не-а.
— Ну, надеюсь, и не услышишь.
А Вероника тем временем ябедничала Астрид, что папа с мамой, пока они спят, дерутся подушками. Она сама видела.
— Я знала! — засопела Астрид. — Я давно знала! Они играют без нас!
Она даже не домыла руки. Вбежала в столовую и торжествующе закричала:
— Вот вы и попались!
— Ты помыла руки? — строго спросила мама.
— Не меняй тему! — топнула ногой девочка. — У тебя больше нет надо мной власти!
— Это еще почему?!
— Я… я не знаю! Потому что! Вечно у вас какие-то секреты! Думаете, что мы маленькие и тупые!..
— А какие вы? — сухо спросила мама.
— А-а-а-а!.. — распахнула рот Астрид, залезая на стол с ногами. — Вот так, значит?! Вот так, да?!
