Через пару минут она передумала, потому что все остальные как-то слишком быстро ее опередили. Даже Свертхи на своих коротеньких ножках унеслась далеко вперед, и Вероника осталась одна.
Зеленая трасса уходила в сторону от Клеверного Ансамбля и изгибалась кривой петлей по лесопарку. Где-то за деревьями швырялись друг в друга проклятиями старшаки Детримента, а с другой стороны ребята из Вербалеона учились чарам роста растений. Две дюжины юношей и девушек читали длиннющее заклинание, из земли поднимались зеленые пики, а классная наставница придирчиво их рассматривала и критиковала, потому что одни деревья получались чахлыми, другие почти сразу же начинали желтеть и умирать, а на одной сосенке вместо шишек росли лапти.
Вероника так на это засмотрелась, что отстала от своих еще сильнее. Ее группа скрылась за поворотом, потом и вербалеонцы остались позади, и только дробный стук дятла нарушал лесную тишину.
Бежать Вероника уже устала, так что темп снизила. Куда ей торопиться? Один круг она так и так пробежит быстрее, чем остальные – два. А даже если и нет – тоже не беда. Все равно никто не ждет от нее спортивных подвигов. От нее вообще ничего не ждут, кроме неприятностей.
Ну и какой смысл стараться?
Она задумалась, есть ли смысл бежать самой. Может, призвать кого-нибудь, кто ее подвезет? Это, конечно, не по правилам, но может, мэтр Тануччи не просто так сказал, что сила призывателя – в тех, кого он призывает? Метода контроля… может, если победить с чужой помощью, то за это дадут больше очков, чем если победить тупо силой икроножевых мышц?
Икроножевых?.. нет, подождите, кажется, икроножных. Вероника засомневалась. Она сошла с тропинки, присела под дубом и принялась листать словарь. Тот очень удачно нашелся в траве.
Икроножных. Она так и знала. Книга снова ей помогла. Сияя от радости, Вероника вскочила… и встретилась взглядом с лесником.
Наверное, лесником. Он не был похож на школяра или классного наставника. Такой мрачный тип в мрачном балахоне. С метелкой.
Он подметал осенние листья. В Клеверном Ансамбле и Валестре эту работу делают в основном немтыри, но на немтыря дядька тоже похож не был.
И он смотрел на Веронику. Пристально смотрел, жадно.
В другое время она не обратила бы внимания. Ну лесник и лесник, подметает, ничего плохого не делает. Но сегодня он уже третий такой – сначала побирушка, потом заоконный акрилианин… теперь вот мрачный лесник. И что самое подозрительное – все в одинаковых плащах.
Вероника поняла, что это неспроста.
Она не боялась демонов и чудовищ, когда видела их и знала, что это демоны и чудовища. Она боялась непонятного. Всякого такого, от чего неизвестно, чего ждать.
А еще она боялась навязанных социальных контактов. Когда с ней заговаривали те, с кем Вероника говорить не хотела, она внутренне немного сердилась.
Ой. А ведь она и сама, наверное, навязывалась всем тем демонам, которых призывала. Понятно теперь, почему они обычно такие недовольные.
Хотя… это и всегда было понятно, просто Веронике раньше было все равно.
Пробегая мимо подозрительного лесника, она натянула шляпу на самые глаза, чтобы стать как можно незаметней, и приготовилась позвать маму… нет, лучше Астрид, а то маму стыдно призывать. Как будто Вероника маленькая и не может сама за себя постоять.
Но лесник только подозрительно смотрел и подозрительно махал метелкой. Ничего не делал. Это было еще подозрительней, и Вероника остановилась. Она решила выяснить, что происходит.
– Мир вам, – поздоровалась она вежливо, но с угрозой. – А вы меня не преследуете, случайно? Я ни на что не намекаю, но если преследуете, то лучше не надо.
У лесника забегали глаза. Кажется, он немножко испугался. Хотя чего ему бояться, если он ни в чем не виноват? Раз боится – значит, у него плохие намерения. Значит, можно призвать паргоронского пса, и тот его загрызет, а Вероника останется хорошей, потому что покарала злодея.
– Опасно в наши времена преследовать маленьких девочек, – все-таки для начала предупредила она. – Вы лучше так не делайте, а то я маму позову. И вы умрете, наверное.
Вот. Она все честно сказала. Теперь он должен перестать бояться, отбросив плохие намерения.
– Не надо маму, – произнес лесник каким-то сдавленным голосом. – Мы тебя вовсе не преследуем. Мы следуем за тобой. Ожидая мудрых наставлений и указаний.
– Вы меня с кем-то перепутали, – возразила Вероника. – Я еще ребенок. А кто вы такие?
– Твои верные последователи, – низко поклонился лесник.
– Ладно, – подумав, кивнула Вероника.
Она решила, что иметь последователей не так уж плохо. Даже хорошо, пожалуй. Только как-то оно неожиданно и из ниоткуда.
Астрид бы приняла это как должное. Ее скорее удивляет, что у нее последователей нет.
Удивляет и немного возмущает.
– А вы точно не перепутали меня с сестрой? – уточнила Вероника. – Она богиня и принцесса, она это постоянно говорит. Может, вы ее последователи? Мы обе Дегатти, нас часто путают.
