Все это и даже немного больше любой житель обитаемого кольца считывал за долю секунды. Рис легко оттолкнулся от кресла и поплыл к скоплению мониторов, служивших панелью управления эмкой. В принципе, те же функции были доступны и на одре, но по технике безопасности рекомендовалось выводить показатели аппарата на обозрение всех пассажиров.
Рис хотел связаться с орбиталищем в крайней точке их траектории и поболтать с кем-нибудь «на том конце провода», чтобы немного убить время. Проплывая через кабину, он обратился к попутчикам:
– Как ваши экспедиции? Хорошо?
– Без происшествий, – отрапортовал Белед.
Кэт-два собиралась ответить в том же ключе, но тут вспомнила про селенца – или кто там наблюдал за ней, скрываясь в деревьях у озера. Видение было настолько мимолетным, что Кэт уже сомневалась, был ли там кто-то на самом деле. Она лично была уверена, что не показалось, но мозг порой может играть шутки.
Рис, увидев, что Кэт-два замешкалась, сам ответил на свой вопрос:
– А у меня очень интересно.
– Что-то не по плану? – спросил Белед.
– Что интересного? – спросила одновременно с ним Кэт.
Кэт-два почувствовала на себе взгляд Беледа и поняла, что вопрос в равной степени был адресован и ей. Рис, впрочем, динаец, и в его природе предположить, что обращаются именно к нему. Он посмотрел на Кэт-два и Беледа. Зная, что он здесь не «свой», он ответил с обезоруживающей – а как же иначе? – улыбкой:
– Думаю, могу ответить сразу на оба вопроса. – Он забрался в кресло пилота и, поколдовав над пультом управления, включил мониторы. – Каниды проходят эпи семимильными шагами. Теперь их почти не узнать.
Канидами называли существ, похожих на собак, волков и койотов сразу. Вместо того чтобы возрождать каждый вид по отдельности, Док – точнее, доктор Ху Ной – вооружился исследованиями, которые были опубликованы в научных журналах Старой Земли незадолго до Ноля. В них утверждалось, что граница между этими видами пренебрежимо тонка. Эти животные свободно спариваются друг с другом и дают жизнеспособное потомство. Да, они имеют тенденцию сбиваться в стаи по размеру и внешнему сходству, из-за чего их и относят к отдельным видам. Но вдали от человеческих глаза, в меняющихся условиях обитания возникают самые разнообразные псокойоты, волкособаки или койволки. Койоты начинают охотиться в стаях, как волки, а волки становятся одиночками, как койоты. Бок о бок можно встретить как тех, кто способен загрызть человека, так и тех, кто его боится, в том числе одичавших домашних питомцев.
Ху Ною было сто двадцать лет. В молодости он вошел в группировку ученых, которые подняли бунт против течения, господствовавшего в «ТерРеФорме» на протяжении сотен лет. Отчасти с подачи этих «младотурок» сторонников старого подхода заклеймили консерваторами и обозвали «засыпанцами» (от ЗСП, или «зачем спешить, подождем»). Они исходили из того, что экосистемы Старой Земли складывались сотни миллионов лет, и их восстановление потребует скрупулезной, почти хирургической работы. Долго – ничего страшного, все равно жить в орбиталище безопаснее и комфортнее, чем на непредсказуемой поверхности ставшей чужой планеты. Человечество может тысячелетиями жить на орбите, понемногу восстанавливая экосистемы, пока не получится что-то, похожее на Старую Землю. Планету предлагалось сделать экологическим заповедником. Например, Африку, очертания которой, хоть и сильно покореженные Каменным Ливнем, были вполне узнаваемы, снова бы заселили жирафы и львы, выведенные из последовательностей нулей и единиц с той самой флешки, которую носила на шее Ева Мойра. Так же планировалось поступить и с другими материками.
Из того поколения «младотурок», которые разгромили движение «засыпанцев», в живых остался только Док. Сами себя они именовали «пробужденцами», то есть ПРБ – «пора за дело, быстро». Лойк Марков, глава этого направления и тоже выдающийся долгожитель, был наставником Дока. Как следует из фамилии (Маркусом звали бойфренда Евы Дины), Лойк был динайцем. При этом и Док, и большинство «пробужденцев» происходили из айвинцев, что добавляло их взглядам серьезности и убедительности – как оказалось, весьма важный фактор при продвижении какой-либо идеи. Они объединили усилия с философами из числа мойринцев, которые и раскритиковали позицию ЗСП. Мол, воссоздание симулякров вымерших биомов Старой Земли мало того, что займет неоправданно много времени, так еще и свидетельствует о чрезмерно сентиментальном отношении к природе. Человека и так с самого Каменного Ливня преследовало чувство вины за уничтоженную планету, сколько можно? Былого не вернуть. Даже если те экосистемы и поддаются восстановлению, тратить на это столько времени попросту нецелесообразно. Да ничего и не выйдет – хотя бы потому, что естественный отбор непредсказуем и не поддается контролю. Этот последний гвоздь в крышку гроба старой школы забил лично Док.
