– Пойдет пообедать к бабушке, к папе, к мальчику, к друзьям… Потом начнет искать нормальную работу. И ни в коем случае не устраивайте ее на работу сами: иначе это будет диалог с вами через работодателя.
– Да, это мы уже проходили…
– Значит, договорились?
– Не знаю, смогу ли… Все-таки это мой ребенок!
– Так вот, дайте ребенку шанс повзрослеть на свой возраст. Не развращайте ее, не закапывайте ее будущее… – Карцева встрепенулась и засияла.
Проследив за ее взглядом, Елена наткнулась на мужчину обжигающей азиатской внешности, направлявшегося к их столу. Он был похож на секс-символ из китайских и японских фильмов и довольно небрежно держал букет роз.
– Это ваш клиент? – с надеждой спросила Елена.
– Нет… – ответила Карцева тоном, не требующим разъяснений.
– Сказка… – выдохнула Елена.
– Боюсь, что мне нечего вам возразить… – засмеялась Карцева и в эту минуту даже показалась красивой и женственной.
Елена шла из ресторана, крупные снежинки гладили ее по лицу. В голове пульсировало:
– Не развращайте ее, не закапывайте ее будущее…
«Все-таки Карцева жестокая сука. Не хотела бы я быть ее ребенком!» – раздраженно думала она, пробираясь арбатскими переулками к МИДу… но мысль все время съезжала на кинокадр про Карцеву в постели с экзотическим красавцем.
Она не первый раз была в МИДе и легко нашла Герин кабинет с тяжелой дверью. Насколько неуютно и разрушенно было у него дома, настолько правильно и четко было на работе. Ухоженные цветы, большой аквариум, логичная картина на стене, выдержанный портрет Путина на столе.
– У тебя здесь хорошо, – сказала Елена с порога и протянула купленный по дороге детский подарок в пластмассовом домике.
– Так я здесь практически и живу, – развел он руками, – Домой идти незачем. Ой, подарок… Кстати, мне тоже есть что подарить.
Открыл ящик и достал ручку-паркер:
– Для бессмертных строк!
– Спасибо! – Елена обошла кабинет, все осмотрела и потрогала.
– Ты прямо как кошка изучаешь новую территорию, – усмехнулся он. – Соври что-нибудь сентиментальное!
– С ходу ничего не приходит. А, вот, есть одно стандартное, действует на мужчин любого возраста, роста и вероисповедания: «Я соскучилась по тебе физически, химически и лирически!»
– Ловко у тебя получается… – заметил Гера.
– Профессия такая, – шутливо напомнила Елена.
– Творческие планы? Есть поедем или, как говорят американцы, будем прямо здесь вместе делать секс?
– Здесь? Да здесь все камерами обставлено…
– Вот и порадуем ребят, а то они все переговоры да переговоры смотрят и слушают… – Он, как когда-то у себя дома, торжественно достал рюмки, разлил коньяк и зажег свечку. – За приближение праздника к нам и нас к празднику…
В кабинете у Геры был какой-то особенно номенклатурный вид, и Елене даже показалось, что она пришла брать у него интервью.
– Как твоя тактичная доча поживает?
– Ничего. Вот сейчас с психологом обсуждала, что с первого января надо перестать ее кормить, – грустно поделилась Елена.
– С ума сошла? Она ж красотка – по рукам пойдет! – испуганно предположил он.
– То есть ты считаешь, что я как мать в нее до 23 лет не заложила, что проституция, это нехорошо? – удивилась она.
– Ну мало ли… во всех закладывают… а посмотри, сколько их со старыми мужиками спит…
– Так ведь закладывают не декларациями, а собственным образом жизни.
– Для меня вообще загадка, как из одних детей потом хорошие получаются, а из других плохие…
– Надо просто перед их носом жить по-людски, а это мало кто умеет…
– Толковая ты баба, Ленка. Только… невезучая, – как-то очень по-родственному сказал он. – Ну что, настоящую любовь еще не встретила?
– Не-а, а ты квартиру еще не продал?
– Тоже нет… Видишь, никуда мы оба не двигаемся. Мать в больнице. Все помирает потихоньку, никак ее бог не берет! Устала и всех вымотала…
– А ребенок твой как? – Елена не поняла, как продолжать в таком тоне тему матери.
– Какие-то конфликты в школе. Мордобой. Переходный возраст вроде… А ты чего, собственно, сегодня сюда спланировала? Больше некуда было?
– Ага…
– А если честно?
– А я честно…
– Ни фига себе!
– Именно! – Врать не было смысла. – Слушай, пошли погуляем. А то как-то сидим не по-людски…
– По улице? Оригинальное предложение… Ну давай… – растерянно согласился он и начал собирать в портфель вещи, задувать свечку, натягивать пальто какими-то строгими заученными движениями.
– Гер, а почему ты в постели такой свободный, а в жизни такой зажатый? – вдруг спросила Елена.
– Не знаю… Может, потому что в жизни я знаю, как надо все делать, а как в постели надо – не знаю…
– А можешь себе представить, что ты не знаешь, как в жизни надо? Может, и жизнь станет ярче?
– Не могу! Внутри все в бронзе отлито!
– Я тоже про себя так думала. А попробовала – получилось…
– Это надо твою раздолбайскую натуру иметь. А я как лошадь, которая в тележке детей по парку возит. Распряги меня, я в день загнусь… не переживу свободы…
– А как же ты найдешь счастье со своей тележкой по кругу? – испуганно спросила Елена, они уже ехали в лифте.
– Человек счастлив не когда он ищет счастье, а когда ставит перед собой и выполняет задачи.
– Какие задачи?
