К вечеру она уже сидела в кофейне гостиницы, находящейся у подножия гор Мудынсан, и готовилась изящно поднять руку, если кто-то будет спрашивать Кан Ёнчжу. Но появился этот «кто-то», и она совсем забыла про изящное движение. Ынчжу ни разу в жизни не видела такого огромного мужчину. Казалось, что одна из колонн в кофейне сама движется к ней широкими шагами.
«Эй… вы Кан Ёнчжу?»
Подошёл и спросил он. Пока он шёл, ей из-за его высокого роста на мгновение показалось, что он стройный. Но вблизи его тело выглядело ещё более крупным. Его икры были как вся её нога, а бёдра – толще, чем её талия. Его тренировочные штаны были очень пыльными, похоже, он пришёл сразу после тренировки. По щекам из-под чёрной кепки катился пот. За плечами был рюкзак, такой объёмистый, что Ынчжу могла бы поместиться в нём целиком. Она встала и вежливо произнесла дежурное приветствие: «Приятно познакомиться».
Он, словно здороваясь с учителем, снял бейсболку и низко склонил голову. Коротко остриженные волосы делали его лицо молодым, как у школьника. Ынчжу смотрела на него прямо, не отрывая глаз. Он надел кепку и неловко улыбнулся. Его улыбка была улыбкой мальчика. Для своих размеров он выглядел слишком чувствительным. Его добрые глаза, не сочетающиеся с огромным телом, произвели на Ынчжу сильное впечатление. Она села и хотела сказать: «Сколько весит ваша туша?», но быстро спросила: «Сколько вы весите?»
Он неловко улыбнулся.
«Надеюсь, не трёхзначное число?»
Он неуверенно ответил: «Да. До окончания школы было не трёхзначное…»
Ынчжу стало любопытно. Могут ли переспать тигр и кошка? Ей казалось, что если она переспит с этим мужчиной, то превратится в ковер с кошачьим узором.
«Меня зовут Кан Ынчжу».
Хёнсу слегка приподнял козырёк бейсболки. Выражение его лица говорило, что он не понимает, что к чему. Ынчжу сухо кашлянула. Язык её не слушался, речь получалась несвязной.
«То есть я старшая сестра Ёнчжу. Она… невозможно было остановить «Боинг 747»… Я тоже очень занята, но… Но я пришла вместо неё».
В ответ Хёнсу всего-навсего произнёс: «Ах да». Он ничего не спрашивал ни о Ёнчжу, ни о Ынчжу. Вопросы задавала всё время Ынчжу, а Хёнсу отвечал либо «да», либо «нет». Ынчжу подумала, что, может быть, ему не понравилось, что на встречу пришла женщина старше его. Но по его поведению этого не было видно. Несколько раз она заметила, что он посматривает на неё из-под козырька кепки. И когда их взгляды встречались, он краснел и улыбался. Только к концу встречи она услышала от него полную фразу: «Завтра в час дня у меня будет матч».
Судя по тону, он её приглашал. Назавтра у Ынчжу был второй день отпуска. Ей больше некуда было пойти, кроме бейсбольного стадиона. Однако стадион, где проходил матч Малой лиги, был похож на безлюдную ночную улицу с закрытыми магазинами. Стадион был пуст, бейсболисты под палящим солнцем, без зрителей и подбадривания болельщиков, соревновались между собой. Ынчжу сидела на трибуне одна прямо напротив кэтчера. Лица Хёнсу она не видела: было далеко, и на нём была маска. Ей было очень скучно, поскольку она не знала правил игры, но всё же просидела до конца. Ынчжу дремала, как сытая курица на солнце. Если бы у её ног не упал мяч, прилетевший откуда-то, она, наверно, совсем бы уснула. Ынчжу испугалась, открыла глаза и увидела, что игрок с номером двадцать пять бежит на вторую «базу», глядя в сторону трибун. Было далеко, но Ынчжу сразу узнала Хёнсу. Он помахал ей рукой и после этого на огромной скорости побежал в сторону третьей «базы». Было такое ощущение, что при каждым его шаге земля трещит и трескается. Только когда он добрался до «дома», она поняла, что за мяч упал у её ног. Это был хоумран, который окончил матч. Она подняла мяч.
После игры Хёнсу подошёл к ней.
«Дайте мяч», – сказал он, даже не поздоровавшись. Ынчжу была раздосадована и вернула ему мяч. Он достал из кармана штанов ручку, написал что-то на мяче и вернул ей.
«Я должен сейчас ехать на автобусе с командой».
Она даже не успела что-либо сказать и, когда подняла голову, увидела, что он уже у выхода. На мяче было написано:
I believe in the church of baseball[24]. Август 1992. Чхве Хёнсу
После этого два дня Хёнсу не появлялся. Когда Ёнчжу вернулась домой, Ынчжу показала ей мяч с автографом. Ынчжу, конечно, понимала отдельные слова: ай, белиф, чёрч, бейсбол. Но не понимала, что они все вместе означают. Увидев автограф, Ёнчжу спросила: «Сестра, он Тим Роббинс или Кевин Костнер?»
Понять её вопрос было труднее, чем предложение на английском.
«Я имею в виду, к какому типу он относится?»
На этот вопрос тоже было сложно ответить. Ынчжу казалось, что он точно не Кевин Костнер. Но она не знала, как выглядит Тим Роббинс. Было также непонятно, почему Ёнчжу спрашивает об этом. Ёнчжу неожиданно внимательно посмотрела на Ынчжу.
«Мне кажется, ты не похожа на Сьюзан Сарандон. Прежде всего у тебя нет груди».
Ынчжу очень хотелось сказать: «Да, а у тебя-то сиськи большие». Но она сдержалась.
«Ты не можешь сказать как-нибудь попроще?»
