Рой отвернулся. За это время он успел позабыть, насколько бесполезно спорить с Багровым Лотосом. В словах Кимбли всегда была капля истины, которую никак не опровергнуть, и каждый раз разговоры сводились к одному: к концу беседы собеседник уже и сам не был уверен в своей правоте.
— Ты так и не ответил, зачем там я? — внезапно сменил тему Лотос. — Как гарантия неприкосновенности заложников, да?
Проницательность Багрового его порой пугала. В такие моменты он казался человеком, с которым можно вести диалог. Казался нормальным. Кимбли всегда играл убедительно, поджидая подходящего момента, чтобы ввернуть очередную фразу, которая психически здоровому человеку в голову не пришла бы.
— Позволь уточнить, ты собираешься мной пожертвовать?
Кимбли произнёс это с таким равнодушием, словно речь шла совсем не о его жизни. Кто другой скрывал бы под спокойствием страх, но Лотос был тем человеком, который, казалось, ничего не боялся. Впрочем, о своей жизни он заботился. Рой слышал, как Лотос прикрылся человеком из своего отряда и даже глазом не моргнул. Правда, брызги крови на армейской форме его немного расстроили, так что до самого вечера он бродил по пустыне в майке.
— Я бы хотел избежать лишних жертв.
— Это не ответ.
Их разговор прервал скрип кованой двери. Пасть темницы раскрывалась медленно, будто с неохотой. Полумрак прорезал солнечный луч, и Кимбли сощурился с непривычки.
— Специально жертвовать тобой я не собираюсь, — переступая порог, уточнил Огненный.
— Но и специально спасать тоже, — с усмешкой продолжил его мысль Лотос. — Хм, уже так тепло?
Кимбли потянул носом. Он принюхивался, как лис, который вылез после долгой зимовки и вдруг обнаружил, что снег растаял.
— Пару месяцев как. Когда тебя в последний раз выводили в прогулочный двор?
Лотос ненадолго задумался. С минуту он смотрел в никуда, беззвучно шевеля губами и загибая пальцы.
— Когда я только сюда попал… Недели две спустя после этого, да. А где-то ещё недели через… три-и?.. да, три… Я отказался от этого мероприятия. Кажется, начальник тогда обрадовался, — хмыкнул Лотос, покосившись за спину. — Или я не пра-ав?
— Всем коллективом праздновали, — мрачно ответил Бранд.
Они остановились у самых ворот. Кимбли развернулся к тюремщику с такой дружелюбной улыбкой, словно прощался с товарищем.
— До встречи, — Лотос изобразил полупоклон. Его жест настолько не сочетался с общей обстановкой, что выглядел скорее издевкой, чем проявлением вежливости.
— Ага. Да, — кашлянув, Бранд расставил пошире ноги. — Ты давай там, без неприятностей чтобы. Грин, открывай!
Даже не морщась на громкий скрежет открывающихся ворот, Кимбли разглядывал железное подобие ветвей ежевики, которое расположилось по всему периметру. Внимание Лотоса привлек участок справа от входа.
— Начальник, вы в курсе, что там леска прохудилась? Так и до чьего-то побега недолго.
Бранд скрестил руки на груди. Брови сошлись у переносицы, образуя глубокие морщины. Фыркнув, он чуть откинул голову и выставил правую ногу, то ли защищаясь, то ли готовясь сделать словесный выпад в ответ.
— Ты сейчас договоришься.
— До чего? В данном случае высшая мера наказания ко мне не применима. Иначе вас самих могут посадить за самоуправство.
Открыв рот, Бранд силился что-то сказать, но у него выходили только нечленораздельные звуки. Не дав ему времени собраться с мыслями, Кимбли вышел за ворота.
Железные створки лязгнули за спиной Огненного. Лотос обернулся на звук, недоверчиво прищурился. Как завороженный, он коснулся наружной стороны решетки.
— Ты никогда не думал, что мир — это огромная тюрьма? — прошептал он, разглядывая прутья. — Меняются только декорации, но суть всегда одна.
Рой безразлично пожал плечами. Поддерживать разговор с этим человеком не было никакого желания. Не особо расстроившись, Лотос направился к задней двери внедорожника. Огненный заступил ему дорогу и указал на переднее сиденье.
Сержант бросился открывать ему дверь. Благодарно кивнув, Кимбли нырнул в салон. Огненный устроился позади него, вытащил из кармана пистолет и показательно щёлкнул предохранителем.
Лотос откинулся на спинку кресла. Его лицо отразилось в зеркале. В дневном свете оно было аристократически бледным.
— По-твоему, я как-то могу устроить взрыв? В этом? — Кимбли покрутил руками в колодке.
Огненный промолчал. Вероятность, конечно, мизерная, но с Лотосом лучше быть начеку.
— В таком случае, вряд ли ты успеешь нажать на курок, — под ногой Лотоса что-то зашуршало, и он наклонился, чтобы рассмотреть. — Хм-м, ты обзавёлся детьми?
— С чего такой вывод?
Машина слишком резко сорвалась с места. Спереди послышался глухой стук, и Лотос тихо зашипел.
— Полагаю, ты не стал бы разбрасывать фантики, — Кимбли вылез из-под бардачка с преувеличенной осторожностью и, наклонив голову к колодке, потер лоб. — Надо же. Я думал, ты поостережешься заводить семью после Ишвара.
В его тоне было скорее удивление, чем угроза, он не мог использовать алхимию и не видел детей в лицо, но в груди вдруг похолодело. Огненный с такой силой вцепился в пистолет, что свело пальцы.
