Откинувшись в капитанском кресле, Пиетт привычно погрузился в раздумья. Жизнь иногда подбрасывает нам любопытные шарады: он, разведчик Альянса, назначен капитаном величайшего из «разрушителей», покинувших верфи Фондора, личного флагмана Дарта Вейдера. Человека, обещавшего задушить Сопротивление в зародыше. И, что же? Раньше Пиетт ненавидел этого монстра до глубины души, а сейчас… капитан признал, что презрение к Вейдеру вполне могло перерасти в уважение, если бы не страх. Вступая в Альянс, он знал, что подписывает себе смертный приговор – и не боялся смерти. Пиетта не столько пугало то, что способен сотворить с ним Темный Лорд, сколько он сам. Наверное, рефлекс – Дарт Вейдер вызывал страх с той же легкостью, как Император – поклонение. Харизматическая личность, но… О, Сила, какая же темная!
Внимание капитана привлек СИД-истребитель, на бешеной скорости промчавшийся мимо экрана. Пилотам было еще хуже, чем им: памятуя о печальной участи Звезды Смерти, ситх драл с них три шкуры. Бедняги ели, пили и спали на работе. А сегодня Вейдер превзошел самого себя: объявил, что сядет в один из тренировочных истребителей, и если кто-то подставит ему хвост… короче, парни был в ужасе. Ведь начальство может быть на ЛЮБОМ корабле!
Небольшой истребитель отделился от стайки себе подобных и, ловко прячась за астероидами, направился к границе системы. Мощный поток адреналина мгновенно смыл усталость и заставил мышцы налиться упругой силой. Как будто ему снова двадцать, и он пилотирует капризный спидер в час пик! Энекин слегка улыбнулся: помнится, Оби-Ван орал не своим голосом, глядя на эти эксперименты. Воображение живо подсказало, как именно отреагировала бы Мон на сегодняшнюю авантюру. Один неучтенный фактор, минутное колебание или паника, – и джедай Скайуокер действительно отправится на кладбище. Наверное, Сила специально посылает ему столь беспокойных соратников – для протезирования чувства самосохранения. Тогда, в молодости, опека Кеноби откровенно бесила, казалась покушением на взрослость и самостоятельность. Но времена изменились. Теперь в груди разливалось ласковое тепло от мысли, что не всем в этой Галактике наплевать, жив он или умер. Когда весь мир желает тебе смерти, упреки за безрассудство кажутся подарком, а не оскорблением. Впрочем, он рисковал тогда, будет рисковать и впредь. Просто потому, что не умеет делать что-то наполовину.
Пятиминутный разговор с Мотмой сделал то, что не удалось Императору за двадцать лет: посеял в душе Скайуокера семена сомнения. Туда ли он идет? Не потерял ли цели за привычкой? И, главное – сможет ли довести задуманное до конца?
Лорд Вейдер давно перестал верить в случайности. Мон не зря назвала именно Хот, в одном квадранте с которым располагалось убежище тайного союзника – и упускать возможность встречи с ним было нельзя.
Крохотный истребитель вырвался из зоны притяжения местного солнца и взял курс на безымянную систему.
Маленькую хижину окружала серая пелена дождя. Хотя непогода была здесь скорее правилом, чем исключением, подобное зрелище угнетало. Как это досадно: слышать, что сама Судьба спешит к тебе навстречу – и не видеть дальше собственного носа. Йода, бывший Магистр бывшего Ордена, стоял на пороге хижины, задумчиво глядя на грязный поток у своих ног – и не видя его. Он поборол желание выйти на улицу – промокнет до нитки, но приблизит встречу с Энекином лишь на несколько секунд. Как же долго он ждал… двадцать два долгих года безделья и, наконец, свершилось! Что-то сдвинулось на невидимых весах Силы, наступило время перемен… Правда, в грядущей битве его роль – лишь второго плана. Обидно… но ведь именно гордыня стала причиной падения Ордена. Гордыня, лень и эмоциональная нищета – вот три кита, потопившие джедаев в житейском море, вот то, на чем Палпатин выплыл к вершинам власти.
Перемены… в молодости он боялся их, как огня, не понимая, что неизменность противоречит законам Вселенной. Чем больше ты цепляешься за то, что уже отжило свой век, тем более жестокий удар получаешь, когда Сила восстанавливает своё равновесие. Кто-то из великих сказал:
