Он благодарно кивает Кэти и проходит на свое место, садится за длинный стол, поправляя распахнувшееся старое пальто. Волонтерская кухня для «людей попавших в трудную жизненную ситуацию – пустеет, все уже поели, «собачий суп» закончился, уходит последний бродяга, набив карманы сухарями с раздачи и прихватив пару салфеток. Волонтер у дверей – закрывает дверь на засов, впускать больше никого не будут, все закончилось. Если ты опоздал – то останешься без супа, вот так. Но ему дали доесть спокойно – сидя за столом и неторопливо зачерпывая гущину ложкой.
- Эй, Кевин. – рядом с ним на лавку неожиданно опускается Кэти: - давненько тебя не видела. Ты уезжал куда-то?
- Да нет. – пожимает он плечами. Ему стыдно об этом говорить, но он попытался устроиться грузчиком в один из магазинчиков, что на бульваре и даже продержался там два дня. Платили мало, но хозяйка оказалась доброй и вошла в его положение, даже разрешила спать в бытовке, и он продержался почти неделю… после чего все-таки открутил голову у бутылки. И конечно ему оказалось мало, он стащил еще две из магазинчика, за что потом ему разъедало грудь жгучее чувство стыда. Все-таки черного кобеля не отмоешь добела, такова у него судьба, жить у самого дна. Это его крест – или жить вот так или скомандовать Зиону «принеси мне всех благ земных» и возвыситься над всеми, став новым Диктатором и Повелителем Мира. Но у него – все же есть своя гордость. И он никогда не станет таким. Пусть ему придется до конца дней питаться «собачьим супом» в волонтерской кухне, пусть придется спать под мостом, отмораживая пальцы ног и не зная роскоши горячей ванны месяцами, пусть придется терпеть насмешки, тычки и пренебрежительные взгляды – он никогда не отдаст никакой команды Зиону. Это – его жертва во имя мира. Потому что он – знает сам себя. Он – мелочный и слабовольный, бесхребетный, а такие – едва дорвутся до власти сразу же становятся чудовищами. И если уж выбирать – быть слабовольным слизняком, на самом дне жизни… слабовольным, но безобидным… или же стать новой угрозой, тираном и самодуром – он выберет первое. Никто не знает, что именно он принес в жертву… но, пожалуй, им и не стоит. Где-то в самой глубине души он знал, что стоит ему позвать – и Зион тотчас явится. А явившись – исполнит его волю. Но… нет! Самый Могущественный Человек на планете – отказывается от своего могущества.
- Слушай, а мы сейчас после закрытия кухни – вместе с ребятами посидеть хотели. – говорит ему Кэти и улыбается: - можешь с нами посидеть. Вернее – я настаиваю на этом! Что скажешь?
- Ээ… - он вертит в руках алюминиевую ложку. Что он скажет об этом? Его давно уже никуда не приглашали. Что ему сказать?
- Вот и славно. – кивает Кэти: - знаю, этот год для тебя был тяжелым, но все же сейчас Рождество. Улыбнись, зануда! – и она легонько толкает его в плечо своим кулаком.
- … да. – говорит он, растягивая непослушные губы в улыбке. В том, что он считал улыбкой. Слишком давно он уже не делал так и …
- Мда… пожалуй стоит еще поработать над твоей улыбкой. – качает головой Кэти: - эй, народ! Кевин с нами сегодня будет. Он выиграл секретный билетик на проведение вечера с волонтерами Социального Центра!
- Вот и хорошо. – выглядывает из кухни девушка-негритянка, которую зовут не то Рози, не то Роуз: - а то каждый год мы сами сидим. Раз уж участвуем в жизни этих бедолаг, так хоть одного из них нужно к нам было позвать. Я сейчас за тортиком схожу!
- Кевин значит, а? – к столу подходит еще один волонтер Центра, высокий парень в красной шапочке с белым помпончиком, неизменным атрибутом рождества. Он расставляет на столе бокалы: - а я всегда думал, что ты Зануда. По крайней мере мы тебя так называем.
- Роджер! Прояви немного уважения! – толкает его в бок Кэти и поворачивается к Кевину, который застыл с ложкой над своей чашкой с супом: - но у нас только безалкогольное шампанское, учти. У многих тут проблемы с алкоголем, некоторые даже на собрание Анонимных Алкоголиков ходят, так что…
- И к безалкогольному шампанскому – бескалорийный тортик! – из кухни выплывает Роуз, которая несет перед собой тарелку с тортом: - Рождество и все такое. Надеюсь, мне удастся в этом году закончить свой чертов колледж и устроиться на работу.
- А мне – помириться с Таней и выиграть в лотерею миллион фунтов! – добавляет Роджер, доставая бутылку с шампанским: - и уехать жить на острова, чтобы не забыть про вечный туман и холод Альбиона.
- А я хочу, чтобы Санта Клаус развернул свои сани к Королеве-Администратору и обратил ее внимание на то, что не только Япония страдает от недостатка продовольствия. Нам бы тут Манна Небесная не помешала бы. – кивает Кэти: - а для себя… хочу чтобы мистер Пимс выздоровел.
- Бедняжка. – кивает Роуз, нарезая тортик на равные доли: - как он там? Все еще отказываешься его усыплять?
- Не собираюсь я усыплять мистера Пимса! Он со мной вот уже двадцать лет!