Я кидаюсь к двери и распахиваю ее, чтобы догнать либо Инквизитора, либо Нину. Но, вылетев в коридор, замираю от неожиданности. Сначала мне кажется, что мужчина привалился к стене и ему плохо, и только потом различаю, что Инквизитор, целует девушку, вжимая ее в стену. Выглядят оба, как два каменных изваяния — ни одного страстного, лишнего движения. Выдает их громкий вздох Ноя и чуть сместившаяся рука Нины по его спине. Скорее почувствовав, что я таращусь на целующихся, они отлепляются друг друга. При том мужчина даже отходит от Нины на несколько шагов и встает по стойке смирно, уставившись куда-то в потолок. Нина же покрывается румянцем и смотрит на меня открытым враждебным взглядом, что я даже пугаюсь ее. Не зря Субботину боятся — мне кажется, она и проклясть может.
— Варя?
Чувствую себя сбитой с толка. Будто это я сейчас целовалась и меня уличили в том, чего знать не положено!
— Простите.
— Ты что-то хотела? — Черт возьми! Можно подумать мы с ней поменялись местами.
— Да. Ной, ты… ты… — Я смотрю на Валльде и у меня в голове словно тумблер щелкнул: как его спросить про Кевина, не выдав Нину? — Слышала, нашли тело Кевина. Да? — Валльде на меня смотрит, не моргая. — Просто неделю назад мне сказали, что он мертв.
— Да. Сенат признал в найденном мужчине Инквизитора Кевина Ганна. — Голос Ноя, как звон металла: холодный, неэмоциальный, и говорит, как Архивариусы — штампованными фразами из дел.
— То есть это может быть не Кевин? — Я смотрю на него, пытаясь найти хоть какую-то брешь в этом железном человеке. Но нет. Ни один мускул не дрогнул.
— Одежда, документы при трупе и сличенная энергия указывает на него.
— То есть по лицу вообще не разобрать?
— Нет. Тело было сгнившее.
— Сгнившее?
Ной тяжко вздыхает и выдает фразу из дела, которую только что прочитала:
— Полуразложившейся труп был найден в коллекторе Ливерпуля. Влажность убыстрила процесс разложения. Крысы и мыши сильно повредили лицо, поэтому установить личность погибшего невозможно.
Смотрю на Валльде и думаю, кому выгодно выдавать тело за Кевина? Химерам? Инквизиторам? Мог ли Валльде сделать ошибку? Но этот человек может видеть прошлое — так, кажется, его дар описала Нина. «Одежда, документы при трупе и сличенная энергия указывает на него». Я начинаю неконтролируемо улыбаться, как дурочка.
— Спасибо. Спасибо! — Я готова броситься на шею Ною. Но вместо этого спрашиваю, не обращая на злую Субботину внимания: — И последний вопрос. Можно?
— Да.
— Где сейчас Оденкирк?
— Он по решению Сената проходит лечение в психиатрической больнице.
— В какой?
— Это закрытая секретная информация.
— Спасибо! — Я снова улыбаюсь, как идиотка. О боже! Да меня сейчас разорвет на кучу Варвар Шуваловых. Пячусь назад, закрываю дверь, прохожу в зал и начинаю визжать, как маленькая. Ай да, Варька! Ай я молодец! Кевин жив! И он у Инквизиторов! Любимый мой, родной! Они его прячут! Только зачем? От Моргана? От Химер? От своих же? Ай! Не важно!
Я начинаю хлопать в ладоши, танцевать и напевать мотив «Single ladies».
Документы? У него были права в кармане, я помню. Но одежда! Они промахнулись на одежде! Ну как мог Валльде опознать Кевина по одежде, когда в последний раз он был в джинсах, которые я ему покупала!
«Cause if you liked it
Then you should have put a ring on it
If you liked it then
you should've put a ring on it
Don't be mad once you see that he want it
If you liked it then
you should've put a ring on it».*
Я двигаюсь по комнате, послав заряд в музыкальный центр, где тут же включилась эта песня. Призываю из коридора папку, которая точно влетает мне в руку. Моя магия сейчас на невероятном подъеме. Раньше так у меня не получалось! Сейчас я могу всё!
Отыскиваю нужную фразу и зачитываю громко:
— Опознание произвели Второй Светоч Саббата Артур Хелмак и Инквизитор из Саббата Ной Валльде! Они узнали в погибшем Кевина Ганна по одежде и вещам!
Кевин в Саббате! Кевин у своих. Как-то ему удалось сбежать к ним. Только… За все время он ни разу не связался со мной. Бросил? Не нужна? Или что-то серьезное?
Я останавливаюсь посередине комнаты, осознавая свое новое положение. Меня так и подмывает броситься в его школу и выведать правду у этих лжецов и лицемеров, что там живут. Ну ничего! Я докопаюсь до правды! Для начала я должна Аньку найти и воскресить! Тем более я, кажется, знаю, что пыталась мне сказать ее душа.
США, Орегон, «Доброе сердце»? Оденкирк в психиатрической больнице? Я открываю ноутбук и снова ввожу в поисковик набившие оскомину слова. Одиннадцатая строчка: даже номер — наша дата рождения с Аней.
Частная психиатрическая клиника «Доброе сердце».
Мы поможем достичь гармонии разумом и душой!
Не быть мне ведьмой, если там не скрывается Оденкирк. Тем более, этот Дэррил сказал, что она с ним.
— Говоришь грустно тебе? Люди в белом и решетки на окнах? Жди, Аня, я иду.
