Сенатор Маккарти полностью

Заседание комитета закончилось. Когда Латтимор шёл к выходу, уже не было ни приветствий, ни дружеских улыбок.

Через некоторое время на закрытой сессии комитета состоялся новый допрос Буденца. Маккарти не было разрешено на нём присутствовать; более того, Тайдинг распорядился, чтобы советник республиканского меньшинства Роберт Моррис также покинул помещение. Однако он разрешил присутствовать на сессии Латтимору и его адвокату Эйбу Фортрасу. Маккарти поинтересовался у Тайдинга: каким образом он сможет объяснить прессе, почему ему нельзя даже присутствовать, а Латтимору и его адвокату разрешено и присутствовать и делать записи? Раздражённый Тайдинг обошёлся без объяснений и предложил Маккарти удалиться. Разрешение присутствовать на сессии Латтимору, впрочем, ему пришлось отменить.

Видя такое явно пристрастное отношение к проведению расследованию со стороны Тайдинга, сенатор Дженнер назвал его комитет фирмой "Отмывание".

Вновь был вызван для дачи показаний и Оуэн Латтимор. На этот раз он уже не выглядел профессором, объясняющим дилетантам азы мировой истории. Латтимор отрицал своё членство в партии; называл Буденца "профессиональным доносчиком", "заговорщиком", "клеветником". Заявив, что Маккарти окружён толпой истериков и доносчиков и что он разрушает репутации лояльных американцев, Латтимор призвал "положить конец этой глупости".

Однако неблагоприятных для Латтимора свидетельских показаний появлялось всё больше и больше. 1 мая 1950 года перед комитетом Тайдинга выступила Фреда Атли, в прошлом видная деятельница профсоюзного и коммунистического движения Англии[126]. Она заявила: "Латтимор в своих публикациях всегда поддерживал СССР, а если даже и признавал какие-то действия коммунистов неправильными, то оправдывал их как вынужденную реакцию на американский империализм или что-нибудь в этом духе". Атли добавила, что она лично знала Латтимора и, хотя не видела его партийного билета, но, по её мнению, Оуэн Латтимор является человеком коммунистических убеждений. "Нам нужны факты, а не мнения", отвел её показания Тайдинг. Однако экспертная оценка, данная Ф. Атли, впечатлила многих. Стараясь скомпрометировать свидетельницу, кто-то из демократических членов комитета задал ей вопрос: "не сочувствует ли она нацизму?" Вопрос был странным — Фреда Атли в 1926 году вышла замуж за еврея Аркадия Бердичевского, бывшего члена Бунда, сотрудника ARCOS и финансового менеджера Промэкспорта, а когда тот в 1937 году попал в лагеря ГУЛАГа, безуспешно пыталась выручить его, обращаясь за помощью к Бертрану Расселу, Бернарду Шоу и другим левым деятелям культуры[127].

Между тем, к борьбе против Маккарти подключались всё новые и новые кадры демократов и либералов. Гарольд Икес, министр внутренних дел в правительстве Рузвельта, назвал показания против Оуэна Латтимора "политическим шарлатанством", "трескучими фразами", "увёртками и ложью"; а про маккартизм заявил, что он "подрывает институты нашей страны". 1 июня 1950 года группа либеральных республиканцев, возглавляемая Маргарет Смит, сенатором от штата Мэн, предложила "декларацию совести", в которой говорилось, что "слишком часто сенат становится форумом ненависти и разрушения репутаций под прикрытием иммунитета Конгресса".

На следующий день в сенате выступил Маккарти. Не упоминая Смит по имени, он сказал: "позвольте мне заверить администрацию, сенат и всю страну, что моя борьба против коммунистических агентов, мои усилия по их разоблачению и нейтрализации продолжатся, независимо от того, что будет предпринимать администрация или какая-либо группа в Конгрессе".

Комитет Тайдинга вызвал для дачи показаний Фредерика Филда; Эрла Браудера, бывшего генсека КП США; Беллу Додд, бывшего видного функционера КП; Филипа Джаффе, редактора "Амеразии". Филд и Джаффе на вопросы отвечать отказались, сославшись на 5 поправку к Конституции. Филд сказал только, что Хансон, Сервис и другие, насколько ему известно, не были членами компартии. Браудер сообщил, что ни Филд, ни Латтимор в партии не состояли. Отрицал он и связи с партией Кеньон, Хансона или Сервиса. Додд подтвердила эти показания. Впрочем, на многие вопросы Браудер отвечать тоже отказался. Но зато те ответы, которые он дал, весьма устроили Тайдинга и председатель, в завершение опроса, поблагодарил ценного свидетеля[128].

Последние этапы работы комитета Тайдинга проходили на фоне обострения внутри-и внешнеполитической обстановки в США.