В Лондоне Тур выложил без обиняков начальству все, что думал о безобразном снаряжении войск в Северной Норвегии. Потом пошел в советское посольство и в два счета получил бумаги, которые были нужны, чтобы вернуться в Финмарк.
Во вторник, шестого февраля 1945 года мать Тура (ей было уже семьдесят два года), сидя на чердаке своего домика под Лиллехаммером, слушала тайком передачу из Лондона. Рядом с ней сидел молодой человек, назвавшийся «Пером»; больше она о нем ничего не знала. Оба нетерпеливо поглядывали на часы, а стрелки, как назло, в этот день ползли очень медленно. Время дорого, в любую минуту могут нагрянуть с обыском немцы. И если они найдут Пера, ему конец. Гестаповцы пытками выбили признание из одного заключенного, он провалил целую группу участников Отечественного фронта, и явка в доме Алисон Хейердал, где долго укрывались диверсанты и парашютисты, оказалась под угрозой. Пер уже собирался уйти в Швецию, но в последних известиях из Лондона он услышал объявление диктора:
— Завтра, во вторник вечером лейтенант Тур Хейердал выступит с рассказом о Финмарке.
И Пер решил еще на день задержаться со своей радиостанцией, чтобы госпожа Алисон могла послушать сына.
Наконец в половине шестого ясно и отчетливо раздался голос Тура, словно он стоял рядом:
— Я только что вернулся с Арктического фронта, и перед моими глазами до сих пор стоит то, что я увидел. Родная Норвегия, даже не верится. Полумрак, серый рассвет, холод… Слушатели, очевидно, знают, что мы теперь занимаем передовую в Финмарке. За нами стоят русские…
Передача длилась всего несколько минут, но в эти минуты Тур словно побывал у матери. Он жив, и он вносит посильный вклад в борьбу своего народа, как и она. Кстати, госпожа Алисон сделала не так уж мало, если учесть ее годы. После войны руководители Отечественного фронта торжественно вручили ей цветы и грамоту за мужество, а из Лондона пришла фотография Уинстона Черчилля с его автографом и письмо от генерала Р. Аллена, заканчивающееся словами:
«…Мистер Черчилль поручил мне выразить Вам его благодарность за Вашу большую помощь и просит Вас принять прилагаемую фотографию как скромный знак его признания Ваших заслуг».
Велико было удивление Тура, когда он вскоре после возвращения в Лондон неожиданно встретил Бьёрна Рёрхолта, теперь уже капитана. Бьёрн, оставив в Киркенесе Рольфа Стабелла, сумел добраться до Англии через нейтральную Швецию. Теперь он хотел предложить норвежскому командованию новый план — наладить надежную связь с военными подразделениями и гражданским населением в Финмарке. Первая попытка не удалась из-за гибели «Тенсберг-Касл», на котором находилась вся аппаратура. На этот раз он предлагал организовать радиошколу в Швеции, потом забросить оттуда людей с радиостанциями в Финмарк.
В Швеции в это время проходили подготовку десять тысяч норвежских солдат. Но ведь страна была нейтральна, поэтому официально они значились полицейскими и носили соответствующую форму. Большой учебный лагерь размещался в Аксвалле, в двухстах пятидесяти километрах к юго-западу от Стокгольма. Если удастся там сформировать радиоподразделение, будут решены многие проблемы, касающиеся Северной Норвегии.
После ряда совещаний в Лондоне с участием норвежского министра иностранных дел, Представителей американских ВВС и других высокопоставленных офицеров Рёрхолт в конце концов добился разрешения действовать. Тур был назначен его помощником по учебно-строевой части, а на долю Рёрхолта выпала трудная задача раздобыть материальную часть. Стабелл присоединится к Туру, как только тот прибудет в Финмарк.
Закончив приготовления и одолжив у Бьёрна гражданский костюм, Тур в небольшом английском военном самолете пролетел через оккупированную часть Норвегии в Стокгольм, потом доехал до Аксвалля. Здесь ему разрешили отобрать шестнадцать лучших «полицейских»; все они недавно окончили пятимесячные радиокурсы. Потом ему выделили еще одиннадцать человек, обученных шифровальному делу. И Тур организовал курсы с предметами: прием и передача, норвежские и английские правила радиообмена, код, правила секретности, синоптика, физическая подготовка. Постепенно группа выросла до тридцати пяти человек, для которых Тур был и преподавателем, и командиром.
Через три недели Рёрхолт позвонил из Стокгольма и передал, чтобы группа выехала завтра в шесть утра в Стокгольм, где на вокзале она получит дальнейшие указания. За эти три недели он раздобыл всю нужную технику, связался с младшим лейтенантом «Петтерсеном» и заручился помощью известного норвежского летчика Бернта Балхена, который стал полковником американских ВВС. Балхен работал на секретной авиабазе на крайнем севере Швеции, у него было там десять самолетов.
