– Дарррррррьяаа! – глухим придушенным голосом прокаркала Рубиновая. – Кто?!
– Простите, Лидия Ильинична…
– Кто?!! – Извинения Рубиновую лишь пуще взвинтили.
– …В мою смену…
– Ну!!
– …К вам никто не заходил, – твердо закончила Дарья, глядя ей прямо в лицо.
М-да, вот это нервы. Точно разведка.
Рубиновая сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. С лица стала пропадать краснота. Детектор прослушки горел зеленым, теперь уже словно отображая спокойствие моей клиентки.
– Ты когда заступила?
– Сегодня утром, в семь ноль-ноль по московскому времени, – отрапортовала Дарья, вся подобравшись и почти что вытянув руки по швам.
– Так, значит, до этого сутки – Ольга… – зловеще протянула Рубиновая.
Похоже, неизвестной мне Ольге стоило лишь посочувствовать.
– Записи, Лидия Ильинична? – подобострастно уточнила Дарья, всем своим видом демонстрируя преданность начальству.
Тьфу ты, то есть одной из жительниц многоквартирного дома.
Хм… интересно, консьержки в этом доме со всеми жильцами так сотрудничают?
– Да, за вчерашние сутки. – Рубиновая зашла в застекленную нишу, как к себе домой.
Я последовала за ней, Рубиновая, не глядя, сказала:
– Ей можно. – И уже себе под нос пробубнила: – Держу пари, это был он…
Дарья нашла и промотала нужную запись. И нажала на паузу, едва у двери квартиры Рубиновой остановился незваный гость.
Далее мы в замедленном воспроизведении просмотрели, как Леонид Георгиевич Куприянов слегка повозился с замком, зашел, пробыл в квартире своей бывшей жены около часа и вышел, придерживая дверную ручку через платок.
Хорошо, что я ни к чему в квартире не прикасалась. Будет не лишним осмотреть поверхности на предмет отпечатков пальцев.
Госпожа продюсер к концу просмотра (кроме Куприянова никаких посетителей не было) спокойствием напоминала статую.
– Дарья Николаевна, благодарю за содействие, – церемонно-вежливо сказала она. – Могу я попросить, чтобы это осталось?..
– Да, конечно, конечно! – Дарья истово закивала, будто китайский болванчик. – Никому ничего!
– Молодец. Евгения Максимовна, пройдемте наверх. – Так же церемонно Рубиновая обратилась ко мне.
И, едва лифт захлопнул двери и двинулся вверх, Рубиновую всю перекосило. Лицо ее сейчас весьма напоминало морду питбуля, готового вцепиться вражине в самое уязвимое место.
– Я его кастрирую, *****, *****! – негромко материлась она. – Даже не маскировался, ******! Вот так, внаглую!
Мне одновременно хотелось покурить и отужинать. Ужин, понятное дело, откладывался до конца зачистки квартиры от «паразитов» (они же «следилки»). Что же касалось курева…
Я не взяла с собой ни единой пачки «Житан» и не позволила себе хоть что-то купить на вокзале. Пусть я не потребляла продукцию именно «Гефеста», после рассказа моей клиентки я стала чувствовать себя пешкой в игре производителей сигарет. А я ненавижу быть пешкой и не позволю кому-либо себя использовать. Даже в качестве безликой потребительницы.
– Я ведь и не по детектору догадалась, – просвещала меня Лидия Ильинична. – У меня в квартире завсегда легкий бардак. Рабочий хаос, так сказать. Бросаю вещи где попало, но всегда помню, где оставила. И сразу вижу, если что где сдвинуто или переложено. Убираюсь сама, никого к себе не пускаю. Дарья и Ольга на этот счет проинструктированы – без меня никого в квартиру не пускать!
Пока она говорила, я подготавливала аппаратуру.
– А Ленька – он аккуратист жуткий. Что, в ванной, наверное, все баночки по росту и по размеру выстроены?
– Так точно, Лидия Ильинична! – в стиле Дарьи отчеканила я.
– Узнаю милого по походке… Он в браке-то, вообрази, перед тем как спать лечь, гладил простыню на кровати! Утюгом! Я бывало припрусь с работы, валюсь с ног. Хочется сразу в кроватку и храпака. Так нет. Подожди, пока этот педант включит утюг, утюг нагреется, и дальше по сценарию… Мне заткнуться, Евгения Максимовна? – заботливо спросила Рубиновая, едва я закончила подготовку.
– Да, будьте так любезны, Лидия Ильинична, – подтвердила я и приступила к работе.
Куприянов, судя по краткости своего пребывания в квартире Рубиновой, был человеком скоростным. И опытным. За час успеть не только навести безупречную чистоту и порядок, но и запрятать полтора десятка разнообразных жучков и камер… это уметь надо!
При обнаружении очередной «следилки» я сообщала информацию в прикрепленный к толстовке диктофон. Где обнаружено устройство, как выглядит; если знакомое – то марку и страну-производителя. Удобно: руки свободны, на ручку и блокнот не отвлекаешься. К слову, патологоанатомы во время работы тоже так делают. В смысле, пользуются диктофоном, а не ищут жучки. Информация пойдет в копилку моего опыта, да и вдруг Лидия Ильинична захочет освежить память. Параллельно я светила специальным фонариком, для обнаружения отпечатков пальцев. С отпечатками мне была лишняя возня, я же все-таки не криминалист.
Точнее, была бы лишняя возня, обнаружь я хоть что-нибудь.
Ни единого отпечатка. Что ж, Леонид Георгиевич навел порядок честь по чести.
