–Он самый. Свадьба была назначена на январь, а сегодня уже восемнадцатое. Невеста тает день за днем. Скоро и слухи поползут… А жениха и след простыл. Уехал по делам в Москву и пропал. Вы же вертитесь в тех кругах, может что слышали.
–Вот оно что,– протянул князь, – Да, что-то до меня доходило. Но я знаю немного. Новосельцев при дворе действительно не появляется, но ходят слухи, что его видели недавно в городе. Если он и будет где, то на своей квартире, или у своего друга подпоручика, кажется Шипов – его фамилия. А если хотите знать мое мнение то, скорее всего дело в матери Новосельцева. Насколько я могу судить, такая как она не позволит войти в семью кому-то со стороны. При всем уважении к мадмуазель Черновой.
–Вот как значит, – заключил Рылеев, – Огромное спасибо, князь. Я ваш должник.
На следующий день, Кондратий Федорович сидел в коляске с Бестужевым, напросившегося помогать в поисках. Они уже около десяти минут выжидали напротив дома того самого подпоручика Шипова, на которого указал Трубецкой.
–Ну и как, Кондратий Федорович вы планируете его выманить? Дружок его не сдаст, это точно. А сам он носа не высунет.
–А вот тут ты абсолютно прав, Александр Александрович. Но, понимаешь, мало иметь хороших друзей. Важно еще, чтобы их окружение было не из болтливых. – Рылеев подышал на замершие руки.
– Думаете, может получиться? – спросил Бестужев.
– А вот мы сейчас и посмотрим.
Тем временем из дверей показался человек, по видимости денщик, и Рылеев выскочил из коляски наперерез ему. Слугу явно удалось застать врасплох. Бестужев видел, как он отрицательно махал головой и вообще пытался как можно быстрее избавиться от приставучего господина. Тогда Рылеев вложил ему в руку деньги, денщик все так же продолжал махать головой, но перестал так спешить. Новая монета сделала его еще более сговорчивым: отрицание в жестах денщика сменилось на сомнение. Третья монета, помогла преодолеть и его. Рылеев, довольный похлопал паренька по плечу и направился обратно к коляске.
–Есть результат? – спросил Бестужев.
–Завтра в девять на круглом рынке, – коротко ответил Рылеев, касаясь тростью спины извозчика.
На следующий день с утра на круглом рынке было не протолкнуться. Люди всех мастей, семенили по галерее мимо лавок, пытаясь ухватить что-нибудь стоящее. «Куда прешь!? Едрена вошь!» и другие обыденные рыночные выражения периодически врывались в общий гул этого колоритного места. Всюду пахло рыбой и навозом. Рылеев с Бестужевым переминались с ноги на ногу, всматриваясь в прохожих.
–Вот, смотри, вроде похож, – Бестужев указал на человека в черном пальто.
Впереди шел Новосельцев в огромной меховой нелепой шапке, с трехдневной щетиной, часто оборачиваясь, и пытался спрятать лицо за воротником. Он ненадолго заглянул в лавку с рыбой, даже спросил о цене для приличия, потом долго читал объявления, расклеенные по галерее, не переставая при этом озираться по сторонам.
–Кого-то ищете? – услышал он голос позади себя.
–Я? – растерянно произнес Новосельцев оборачиваясь.
–Вы же управляющий господина Новосельцева, не так ли? – более утверждал, чем спрашивал Рылеев.
– Я? А, да, – Новосельцев поглубже натянул шапку и закрылся воротником.
–Сам же хозяин сейчас в Москве. Это я попросил вас прийти.
–И чего же господину угодно? – спросил Новосельцев.
–Я думаю, что вы должны написать вашему хозяину, что к нему собирается один его давний знакомый, господин Чернов. Он уже совсем скоро будет в пути, дело у него чрезвычайно важное, и будет очень нехорошо, если они вдруг разминутся. Надеюсь, вы меня понимаете?
–Да, кажется, понимаю.
–Не расстраивайтесь, мой друг, – ласково сказал Рылеев, – Уверен, все образуется. Но, господину Новосельцеву, лучше быть в Москве.
– Да, да, я все сделаю, – глаза Владимира судорожно бегали из стороны в сторону, – Я все понял.
Юноша скорыми шагами направился к выходу.
–Быстро вы. Как прошло? Он все-таки жениться? – спросил Бестужев, подойдя к Рылееву, растирая замершие руки.
–Нет. Он едет в Москву.
–Но разве, не туда едет ваш кузен, что бы отстоять честь сестры?
–Именно.
–Стойте, я решительно ничего не понимаю, Кондратий Федорович, – развел руками Бестужев.
Рылеев многозначительно закатил глаза.
–Помнишь, Оболенский говорил, что нам нужен повод?
Бестужев положительно кивнул.
–Так вот он. Богатый аристократ влюбил в себя бедную девушку, и отказывается жениться. Чем не скандал?
–Кажется, что-то начинает проясняться. Но зачем же вы отправили Новосельцева в Москву? Не проще сдать его Чернову здесь?
–Нам нужен подлец, Александр Александрович, а не трус, – твердо произнес Рылеев.
–Хм, а не дурно, – Бестужев задумчиво потер подбородок, – С Вами, оказывается, опасно ссориться, Кондратий Федорович.
–Не обольщайся, друг мой, дружить со мной в сто крат опасней.
