Он снова в лесу, возле какого-то озера, которое накрывает туман. Вокруг очень красиво, пожалуй, лучше места на земле не найти. Красные и желтые листья, словно роскошный ковер, застилали землю. Покрытая глубокими морщинами кора старых деревьев была изъедена жуками. А с их ветвей, словно капли дождя по весне, падали листья. Красно желтый водопад заливал собой все вокруг. Безумное течение подхватило Юру, он бежал по тропинкам, забыв обо всем. Вокруг озера густые заросли папоротника. Юра отыскал место, где она расступались, открывая вид на поверхность озера. Здесь он и остановился, зачарованный видом уток, нырявших в воду. Квакали лягушки, пели сверчки, жужжали комары. С поверхности воды туман медленно переползал на сушу. Юра почувствовал, как понизу тянет холодом, обернулся. Позади него стояла прекрасная женщина. Лучше её он никогда не видел и не увидит. Абсолютно голая, она скрывала свои прелести длинными густыми красно-рыжими волосами. Смеющиеся зеленые глаза, точеные черты лица, которые Юра пытался разглядеть, но у него ничего не получалось. Будто он за одно мгновение стал близоруким и не мог рассмотреть красоту, которая могла ослепить любого мужчину. Хворостин двинулся к ней, влекомый инстинктами. Красавица расхохоталась, мотнула копной рыжих волос, служивших ей нарядом, убежала. Юре тоже стало весело, он погнался за ней, но женщина всё время оказывалась впереди. Если она не захочет, Хворостин её не догонит. Красавица остановилась лишь на опушке, закутавшись в свои волосы, словно в плед. Задорно подмигнув Юре, она поманила его к себе пальцем. Хворостин бросился к красавице, позабыв обо всем на свете. Когда он подобрался к ней почти в плотную, она оттолкнула его рукой. Женщина уперлась своей теплой ладонью ему в грудь, не позволяя подойти ближе.
- Так чего ты хочешь? - спросила она. Этот вопрос озадачил Юру и в одно мгновение отбил желание прильнуть к красавице. Чего он хочет? Как это понимать? Откуда Юра знает, чего он хочет. Ничего он не хочет, вообще ничего.
- Хочу быть с тобой, - промямлил Юра, не глядя на красавицу. Он потянулся к ней рукой, пытаясь прикоснуться к молочно-белому плечу. Она перехватила его руку, заставила взглянуть себе в лицо.
- Чего ты хочешь?! - настойчиво повторила она.
Юра открыл глаза, по его лбу струился пот. Ноги затекли, словно сотни иголочек пронзили пятки, когда он попытался пошевелить стопой. Шея ныла и болела, плечи стали словно каменными. Хлопая глазами, Юра выглянул в окно автобуса. Солнце еще не успело закатиться за горизонт, впереди маячил столбик с табличкой, на которой крупными буквами было выведено: "Рязань".
Юра закрыл лицо руками, сложив ладони лодочкой, сладко зевнул, поднял руки вверх, потянулся. Он открыл боковой карман сумки, достал оттуда шоколадку, открыл упаковку, принялся есть. Голова немного побаливала, не стоило все-таки спать. Но ничего, сейчас он выберется из автобуса, подышит свежим воздухом и ему полегчает.
Через пятнадцать минут автобус въехал на территорию вокзала, остановился. Юра смял обертку, накинул сумку на плечо, сел на ближайшее к проходу сиденье, стал дожидаться, когда большинство пройдет по салону. Девушка в бандане, о которой Хворостин уже успел позабыть, влилась в человеческий поток, который вынес её из салона и из жизни Юры.
- Че сидишь, приглашения ждешь?! - окликнул его водитель.
Юра ничего не ответил, неторопливо миновал салон, и соскочил со ступенек вниз.
- До свидания, - попрощался он с водителем. Тот не проявил должной учтивости и вместо прощания шумно хмыкнул. Юра пожал плечами, прошел через калитку и покинул вокзал, оказался на заполненной людьми улице Рязани. Еще не совсем придя в себя после поездки, он разминал спину, плечи и ноги, перескакивая с одной на другую. На такой манер Юра добрался до остановки, сел дожидаться нужного ему автобуса. Не без удивления он отметил, что соскучился по Рязани за время своего летнего отсутствия. Ему не хватало улицы Свободы, по которой его несла маршрутка, он успел подзабыть, как выглядит облупившаяся надпись "Торговый городок", дугой проходящая через невысокую стену неподалеку от автовокзала. Сейчас он сядет в маршрутку и повидает площадь Свободы, в центре клумба и стела, украшенная в лучших традициях Союза звездой. Неподалеку от площади Рязанский Кремль, в который Юра уже давно не наведывался. Пожалуй, не лишним будет в начале года побродить немного по городу. Хворостин не пускал Рязань к себе в сердце, но выхода у него, похоже, не оставалось. Он ждал, что жизнь наладится, переменится, рассчитывал продать свою квартиру, в которой даже не был прописан, а потому считался иногородним, и переехать в родной город. Но ничего не налаживалось, не менялось, квартиру Юра сдавал и получал за это неплохие деньги. Он мог бы жить там сам, но тогда лишился бы возможности путешествовать по России все лето. Юра предпочитал десять месяцев делить комнату с другими, чтобы два оставшихся повидать места, в которые он, быть может, никогда больше не вернется.
