— Что ты здесь делаешь?
На его губах появляется пустая улыбка.
— Жду тебя.
Мое сердце трепещет от его ответа, но это ничего не меняет. Я уезжаю. Уезжаю. То, что я чувствовала сегодня и все дни до этого, стало для меня последней каплей.
И все же я все еще стою здесь и небрежно спрашиваю его:
— Почему?
От его самоуверенности не остается и следа. В нем появляется тень уязвимости, он снова облизывает губы, его брови медленно сходятся на переносице.
— Я вдруг испугался, что ты меня оставишь. Не знаю, почему.
В моих глазах нарастает напряжение. Я с трудом сглатываю и пожимаю плечами, пытаясь выдавить из себя:
— Я, эм… пошла прогуляться, мистер Уэст.
— Ты расстроена.
— Не притворяйся, что тебе не все равно.
— Я не притворяюсь, Айви, — серьезно говорит он мне. — Я не буду отрицать, что был резок, и пойму, если ты все еще злишься на меня.
Я прочищаю горло, стараясь не встречаться с ним взглядом.
— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать. Ты просто теряешь время. Уверена, что ты можешь играть с любой другой женщиной, которая не станет спорить, когда ты ее отвергнешь.
— Я был под большим давлением. И не был готов к этому. Мне нужно было, чтобы ты ушла, я не... не хотел, чтобы ты видела меня таким. — Он выглядит смущенным. — Я не отвергаю женщин в этом смысле, Айви, и… почему тебя так сильно беспокоит это, раз ты так обо мне думаешь?
Он не понимает моей реакции. Не понимает, почему его отношения с другими женщинами могут причинить мне боль.
Меня переполняет гнев. Я не могу не чувствовать себя опустошенной.
— Я ухожу.
Теперь его лицо мрачнеет.
— Уходишь куда?
— Просто ухожу.
Затем поднимаюсь по ступенькам, чтобы пройти мимо него, когда он внезапно хватает меня за руку. Я замираю.
— Тебе лучше иметь в виду, что ты уходишь в свои апартаменты, — серьезно произносит он.
Я не отвечаю.
— Айви, — настаивает он, его дыхание становится тяжелее, пока тот смотрит на меня.
Я узнаю этот тон. Смотрю на него сверху вниз, видя настойчивость в выражении его лица. Эйдан беспокоится, что я уеду? Это не первый раз, когда Уэст так открыто выражает свои чувства, но каждый раз, когда он это делает, это приводит меня в замешательство.
— Вы моя помощница, — говорит он так, словно борется за то, чтобы удержать меня. — Вы не уйдете, пока я вас не уволю, мисс Монткальм. Вы несколько раз совершенно ясно давали мне это понять, не так ли?
У меня голова идет кругом. Я чувствую себя слабой, привязанной к его прикосновениям, страстно желая, чтобы он притянул меня к себе и посадил к себе на колени, как раньше.
— Не так ли? — повторяет Эйдан тем суровым голосом, на который, как он знает, я реагирую.
— Да, — шепчу я, отводя взгляд.
—
— Да, сэр.
По тому, как он смотрит на меня, я понимаю, что мне крышка.
Я слишком слаба, чтобы уйти, и слишком полна надежд, чтобы отпустить его.
Какой бардак.
— Мне не нравится видеть тебя такой, — говорит он напряженным голосом. — Я чувствую, что причиняю тебе боль, а ты не хочешь сказать мне почему.
Я тихо вздыхаю.
Я никогда не смогу вернуть это. Этот Эйдан отдаляется от меня с каждым днем. Это больно. Мне бы хотелось, по крайней мере, попрощаться с этим человеком до того, как он уйдет.
Эйдан скользит пальцами по моему браслету. Смотрит на него еще какое-то мгновение, и осознание того, что это он надел его, кажется мне невыносимым.
— Спокойной ночи, мистер Уэст, — выдавливаю я.
Затем я вырываю свою руку из его хватки и спешу внутрь.
***
Айви: Забудь, Стивен, я пока никуда не уеду.
Я слабая. Или сильная. Я уже не знаю, какая.
Было бы так легко поддаться этой моей тяге к бегству. Чувствовать оцепенение и бежать как можно дальше от боли, а не навстречу ей.
И все же, когда вернулась в свои апартаменты после того, как ворвалась в дом, оставив его на крыльце под лучами заходящего солнца, я стояла над своим чемоданом и смотрела на него целую вечность. Но не смогла заставить себя собрать вещи. Что-то внутри меня не отпускает.