— Некоторые никогда не подымаются выше звания Неофитов, — продолжил Эллардайс. — Насколько я понял, в этой группе остаются те, у кого ни денег, ни мозгов. Их развлекают фокусами с дощечкой для письма и прочими старыми трюками. Меня сразу же продвинули в Архиереи, так что я не знаю, чем занимаются Жрецы Воздуха. Можете спросить Дафну. Она застряла на этом уровне.
Сэр Клинтон обернулся к девушке.
— Можете ли вы дать нам некое представление об этом?
— Ну, — задумчиво ответила она, — есть пара своеобразных моментов, но мне сложно сказать наверняка. Я не следую объяснениям Ашмуна. Мне кажется, что они наполнены идеями, о которых я никогда не слышала раньше. Здесь почти так же плохо, как с Блейком — я просто не могу его читать, ни за какие деньги. Все, что я поняла: каким-то образом Новые Силы высвобождаются из-за игры на скрипке…
— Да? — сэр Клинтон даже привстал.
— Лучше перескажу вам, что я видела, — продолжила Дафна. — Он усадил нас вокруг небольшого карточного столика, ну, знаете, одного из тех, что используются на спиритических сеансах. И столик немного шевелился… левитация, или как там они это называют? Но, похоже, ему что-то не понравилось, он сказал что-то про слишком большую силу. Так что в следующий раз он привинтил столик к полу, и он не смог двигаться, левитировать, или как там это называется? Я помню, что на этот раз не было ни гаснущих огней, ни чего-либо подобного. После того, как мы расселись, и ничего не произошло, он взял скрипку и сыграл пассаж. Получилось не очень-то красиво, честно говоря, мне пришлось стиснуть зубы из-за этой какофонии. Но что-то начало происходить. Стол заговорил.
— Вы имеете в виду постукивание? — спросил Уэндовер.
— Я не имею в виду постукивание! — возразила Дафна. — Это были слова. Они прозвучали довольно странно — как если бы в храме заговорило что-то нечеловеческое. Если бы не было освещения, мне стало бы по-настоящему жутко.
— Через репродуктор? — скептично предположил Уэндовер.
Дафна покачала головой.
— Он раздался не из-под стола, а сверху — прямо среди нас, — уверенно сказала она. — Нельзя спрятать репродуктор в обычном карточном столе, даже если это одно из тех очень тонких современных устройств. Мистер Уэндовер, я не совсем дуреха, и внимательно присматривалась. Там не было ни проводов, ни чего-то подобного.
— И что же он сказал? — поинтересовался сэр Клинтон.
— Ох, началось со стонов, или чего-то подобного. Что-то из одних гласных звуков, вроде: «У-у-и-и-а! У-у-и-и-а!». Более-менее так. Из-за этого мне стало не по себе. Конечно, я убедила себя в том, что это просто новый трюк. Но он действовал мне на нервы. Знаете, как могут нервировать пара котов за окном? Вы говорите себе: «Это просто кошки», но это не помогает. Эти кошачьи вопли жутко пугают меня. Со столом было точно так же, только хуже: он завывал то громче, то тише, словно кошка, но при этом еще и с какими-то новыми отвратительными нотками, которые пиликали на нервах. Ненавижу это. Затем прибавились и согласные, но поначалу все звучало, как совершенная тарабарщина. Но через некоторое время он начал говорить по-английски.
— И что же он тогда сказал? — допытывался Уэндовер.
— Не очень много и очень несвязно. Что-то о лагере Цезаря, нарушении покоя и о смерти… И думаю, он упомянул о том, что мистер Деверелл будет убит. Затем он прекратил говорить, снова перейдя на тарабарское наречие, которое под конец перешло в стоны. И затем все закончилось. Да мне больше и не хотелось его слушать. Этих завываний с меня было достаточно. Уф! Ужас просто.
Она на мгновение замолчала, как будто собираясь с мыслями. Затем девушка продолжила:
— Я убедила себя, что это был трюк. Но мне было до того не по себе, что я наотрез отказалась от повторения этого эксперимента. Материализовавшиеся цветы или что-то подобное — типичны на сеансах, и против них я бы не возражала. Но этот голос… Ну, те, кому он нравится, те могут слушать. А я не могу. Так я и сказала мистеру Ашмуну. Он выглядел немного расстроенным. Может, поэтому я и не прошла в Архиереи.
— Что-нибудь еще затронуло вас?
— Да, был еще один момент, который я не поняла. Я не хочу сказать, что все остальное я уже видела и могу прямо заявить, в чем там трюк, это не так. Но одна вещь поразила меня. Там был маленький стеклянный аквариум. Как обычный: с водорослями, камешками и снующими в воде рыбешками. Мистер Ашмун сказал, что продемонстрирует нам свою Новую силу. Он разместил вокруг аквариума пару больших ламп и включил их на обычную яркость. Затем он ушел в другой конец комнаты и сыграл пару пассажей на скрипке. Тогда все рыбки остановились и пошли на дно — они умерли.
— Возможно, электрический удар? — предположил Уэндовер.
— Нет, не думаю, — ответила Дафна. — Я тоже заподозрила что-то такое, но вспомнив, что мистер Ашмун не запрещал нам касаться аквариума, я невзначай дотронулась до него. Мой палец как раз касался металла, когда рыбешки умерли. Так что это вовсе не похоже не электрический удар, не так ли?
