Услышав голос брата, мисс Фордингбридж оторвалась от созерцания морской дали.
— Не понимаю, почему ты так упорно хотел попасть именно в этот отель, — произнесла она весьма капризно. — Здесь просто ужасно! Разумеется, он только что открылся, и бесполезно ожидать, что все будет работать как часы. Но, похоже, дело здесь вообще налажено не слишком хорошо. Сегодня утром в спальне я чуть не обварила руку горячей водой. Это же безумие — пускать по трубам воду такой температуры! А мои письма — их, похоже, положили в чужой ящик. Мне пришлось дожидаться их целую вечность! Конечно, портье заявил, что глубоко сожалеет, — но какая от этого польза? Мне не сожаления нужны, а мои письма, и тогда, когда я их спрашиваю!
— Безусловно.
— А пять минут назад я поднялась в спальню и обнаружила там осу. Если бы я хотела получить двухместный номер с осой в качестве соседки, я бы, вероятно, заявила об этом при регистрации, верно? А когда я позвонила и потребовала выгнать эту тварь, выяснилось, что горничная — очевидно, эта особа была горничной — боится ос. А значит, ей нужно было идти и звать на помощь. А мне, конечно же, тем временем пришлось за дверью дожидаться, пока мою комнату вновь сделают пригодной для обитания. Чудесный отель!
— О, у него есть и свои хорошие стороны, — примирительно возразил Пол Фордингбридж. — Здесь можно получить вполне приличное вино. И это кресло не слишком неудобное.
— Я не просиживаю дни напролет в кресле с бутылкой вина, — раздраженно парировала сестра. — А этот джазовый оркестр внизу! Он просто отвратителен! У меня барабанные перепонки чуть не лопаются всякий раз, когда он начинает играть.
— Ну, по крайней мере, детям весело. От Стэнли или Крессиды я пока не услышал ни одной жалобы. И они, кажется, проводят на танцах большую часть вечера.
— Это так похоже на теперешнее молодое поколение! Женятся и танцуют вот, пожалуй, и все, что можно о них сказать.
— О нет! Будем справедливы, — мягко возразил брат. — Оба они увлекаются бриджем, а Крессида очень неплохо играет в гольф. Рассматривая ее в целом, не могу сказать, что стыжусь назвать ее своей племянницей. А с помощью Стэнли она полностью искупила свой первый брак — с тем парнем, Стэйвли.
Мисс Фордингбридж сделала раздраженный жест.
— О, разумеется, тебя послушать, так все просто замечательно! Прелестная племянница, новообретенный обаятельный племянник и пара месяцев в чудесном отеле. Чего еще желать? Я только не понимаю: что все это счастливое семейство делает в гостинице, когда в двух шагах отсюда совершенно пустой стоит Фоксхиллз? Тебе известно, как я ненавижу отели. И все-таки ты не соглашаешься вернуться в Фоксхиллз. Какой смысл вообще приезжать в Линден-Сэндз, если мы не можем остановиться в собственном доме и, по крайней мере, спрятаться от чужих глаз?
Брат слегка нахмурился.
— Я не собираюсь возвращаться в Фоксхиллз. Ты прекрасно знаешь, сколько понадобится слуг, чтобы как следует за ним присматривать. И я не намерен платить такую цену лишь за то, чтобы жить в доме пару месяцев, а потом снова его запирать. К тому же, Джей, все немного изменилось из-за этого нового поля для гольфа. Я пытаюсь сдать Фоксхиллз. И если я найду арендатора, нам, вероятно, придется съехать прежде, чем мы успеем как следует там обосноваться. Благодаря этому отелю и новому полю рядом с ним Линден-Сэндз скоро приобретет большую популярность. Это — отличный шанс сдать поместье в аренду.
Мисс Фордингбридж явно ошеломила эта новость.
— Ты собираешься сдать Фоксхиллз? Сдать наш старый дом? Какое право ты имеешь его сдавать? Это не твоя собственность! Дом принадлежит Дереку.
Слова эти подхлестнули Пола. В его ответе явственно прозвучали резкие нотки:
— Вопрос о том, принадлежит ли он Дереку или всего лишь принадлежал, все еще остается открытым. Дерек пока не появился и не дал нам возможности разъяснить этот пункт. — Пол взглянул на сестру. Очевидно, именно то, что он прочел на ее лице, заставило неприятно заскрежетать его голос: — Мне казалось, я ясно обрисовал тебе ситуацию. Но если ты и до сих пор не усвоила, как обстоят дела, то я все изложу тебе еще раз. Но, Джей, этот раз должен быть последним. Я устал от бесконечных объяснений — ведь ты даже не пытаешься понять, в каком положении я нахожусь.
Он минуту помолчал, как будто желая привести в строгий порядок все факты, прежде чем излагать дело.
— Мы обсуждаем этот вопрос в последний раз, Джей, поэтому начну я с самого начала. А ты — будь так любезна, удели мне все свое внимание. Эта тема меня утомила. Но особенно утомительно вновь и вновь объяснять тебе положение вещей, потому что ты никогда не слушаешь.
