Держа одну руку на основании крыльев, вторую Ашер просунул под мою задницу и приподнял меня. Я обхватила его ногами за талию и ввела в себя. Когда набухший кончик коснулся моих стенок, ласки Ашера ускорились. И меня неожиданно захлестнул такой мощный оргазм, что я вцепилась ногтями архангелу в плечи и выкрикнула его имя на весь Элизиум.
Пресвятое. Оперенье. Что со мной не так? У меня имелась эта точка в основании крыльев в течение десяти лет, и я никогда не исследовала ее? Такой была моя последняя здравая мысль перед тем, как на меня обрушился очередной оргазм, и «обрушился» в прямом смысле. Я не уверена, откуда он исходил – между ног или от крыльев, но, черт возьми, он наполнил меня фейерверком.
Я обхватила твердые черты лица Ашера и притянула его к себе, прижимая наши губы так же плотно, как и тела. С его уст сорвался стон, когда его бедра задвигались быстрее, а пальцы стали почти неуклюжими, прежде чем упасть с моих крыльев и схватить мою задницу, приподнимая ее, чтобы толкнуться внутрь.
Мое тело пульсировало вокруг его стальной длины, вибрировало от резких стонов, а затем стало скользким от струи тепла, которая хлынула из него с такой силой, что одна только ее мощь отправила меня обратно в пропасть экстаза.
Мы с Ашером провели весь день, испытывая каждый квадратный дюйм его жилища, от пола до стен и потолка. Да. Потолка. Хотя я не возражала, все же предположила, что он использовал секс, дабы отвлечь нас от суда.
Когда солнце начало скрываться за вершинами гор, я оторвала свое ноющее тело от матраса, напоминавшего облако, чтобы найти одежду.
– Вот. – Ашер распахнул один из шкафов вдоль конической стены и продемонстрировал аккуратный ряд одежды: от меха до шелка, от платьев до брюк, от простых дизайнов до сложных, от обтягивающих фасонов до струящихся.
– Не знала, что ты балуешься переодеванием в женское, Сераф, – поддразнила я, перебирая пальцами бордовый топ, расшитый бисером.
Он покачал головой и улыбнулся, но его улыбка вышла скованной, вероятно, потому что синева над нашими головами теперь окрасилась персиковым и золотым.
– Этот шкаф в твоем распоряжении. – Он подошел ко мне сзади, уже одетый в архангельскую замшевую форму, и протянул руку к белому платью. – Думаю, тебе стоит надеть вот это. – Он поднял его передо мной.
– Чтобы я выглядела чище?
– Нет. – Он поцеловал мою ключицу. – Ты была в белом, когда мы впервые поцеловались, и выглядела… Нет слов, чтобы воздать должное тому, как ты выглядела.
Волнение сгустило мою кровь, заставило ее течь медленнее.
– Твое желание для меня закон, о великий правитель.
Когда я вырвала платье из его пальцев, он игриво шлепнул меня по заднице.
Я натянула наряд, лиф скользнул по моей нежной плоти.
– Где твой венок?
– В ящике.
– Разве он не должен быть на твоей голове?
– Предпочитаю, чтобы меня определяли мои поступки, а не статус.
Ох ангелы, этот мужчина. Удивительный, необыкновенный мужчина. Высвободив волосы из-под ткани и расправив крылья, я подошла к нему и притянула для поцелуя.
Вокруг нас зазвучала ария, милая и проникновенная. Сначала я подумала, что она звучит у меня в голове, но когда она стала громче, я повернула шею. Во главе с дюжиной радужнокрылых воробьев над нашим стеклянным потолком пролетел рой арелимов, среди которых безошибочно узнавались крылья цвета фуксии Клэр и золотое оперенье Дэниела. Я поняла, что четверо других ангелов, не одетых в белое, были оставшимися членами Совета.
– Пора идти. – Глубокий голос Ашера, казалось, стал более хриплым. При всей его уверенности нервы, видимо, брали верх. – Готова?
Нет.
Готов ли он сам?
Каньон расплаты был заполнен ангелами. Одни парили, другие стояли, и все оделись так изысканно, что впору подумать, будто они пришли на торжественный прием.
Когда мы подлетели к белому ущелью, шеи ангелов выгнулись, головы наклонились, перья развевались, голоса затихли. Все шесть архангелов выстроились под Жемчужной аркой и склонили головы. На каждой голове сверкал золотой венок, который Ашер отказался носить. Их крылья были плотно сложены, руки сцеплены перед собой, выражения лиц столь мрачные, словно они участвовали в похоронной процессии.
Хотя Ашера, казалось, не обескуражила их мрачность, у меня по коже побежали мурашки. На самом деле, я была настолько озадачена, что с треском провалила посадку, врезавшись прямо в складывающиеся крылья моего возлюбленного. К счастью, я не сбила его с ног, только себя. В ушах звенело, и сначала я едва обратила внимание на сдавленные смешки. Но потом услышала их, и вместо того, чтобы покраснеть, я обезоруживающе улыбнулась, радуясь, что оживила унылую толпу.
Ашер помог мне встать на ноги, на его лице промелькнула обеспокоенность.
– Ты в порядке?
– Моя бессмертная задница цела, Сераф.
Хмыкнув, он убрал прядь волос с моих глаз.
– Иди, встань рядом с Мюриэль. – Он склонил голову вправо, туда, где Мими пробиралась сквозь множество бескрылых тел, даже не пытаясь пролететь сквозь более плотную орду парящих.
По ее лицу пробежала тревога.
– Передай ее мне, Сераф.
