– По словам офана Пиппы, спала она крепко. – Он провел рукой по волосам, которые сегодня оставил распущенными. Пряди блестели, словно сотканные из расплавленного золота и бронзы. Редко у кого получалось придать длинным волосам привлекательный вид, но каким-то образом, возможно потому, что все остальное в нем кричало о мужском совершенстве, Ашеру это удалось.
– Хорошо спала?
– Как убитая. Восхитительно.
– Ты поела?
Я закатила глаза.
– Да,
Он стиснул челюсть.
– Не называй меня так.
Я нахмурилась.
– Я не твой отец.
И опустила стаканчик.
– Поверь мне, Сераф, я это знаю. Просто пошутила.
Ашер расправил плечи, будто пытаясь казаться более устрашающим, но это пустая трата времени, поскольку ни мужчинам, ни женщинам никогда не удавалось меня запугать.
Я снова поднесла напиток из «Старбакса» к губам.
– Итак, куда мы направляемся? – сухо спросила я. Мое хорошее настроение улетучилось из-за его дурного настроя.
– Саттон-сквер. У Джеральда Бофингера дом возле реки.
Когда мы направились на восток, я искоса взглянула на Ашера.
– Знаешь, ты мог бы просто написать мне адрес. Я бы нашла туда дорогу. Почтовые голуби не сравнятся с моим чувством ориентации в пространстве. – Я научилась разбираться в мире людей после того, как в десять лет у меня появились кости крыльев. В первую неделю Лей сопровождала меня повсюду, но потом ей пришлось снова сосредоточиться на миссиях, и я осталась одна.
– Я обещал тебе помочь. – Он не сводил взгляда с непрерывного потока машин, мчащихся по Пятой авеню.
– Назначая мне грешников, а не нянчась со мной.
Пока мы ждали на переходе, Ашер повернулся ко мне.
– Считай меня своим тренером, Селеста.
Я покачала головой.
– Хорошо. Тогда можешь объяснить мне грех Бофингера? Я проверила его вчера вечером, и он безупречно чист.
Архангел потер подбородок, словно пытаясь стереть пятно грязи. Но грязи там не было.
– Он организовал финансовую пирамиду, о которой пока никто не знает.
Еще один Мейдофф[8].
– Боже, – прошептала я. – Сколько он украл у своих инвесторов?
– Тридцать пять миллиардов долларов.
Загорелся зеленый свет, и мы перешли дорогу. Архангел вызвал несколько лобовых столкновений между пешеходами. Одна женщина даже остановилась посреди дороги, чтобы поглазеть, и продолжала провожать Ашера взглядом, когда тот прошел мимо. Все это время он непрерывно смотрел на стеклянный куб, в котором располагался «Эппл Стор», не обращая внимания на суматоху.
– Комиссия по ценным бумагам и биржам получила множество отчетов и изучает этот вопрос, но Бофингер подготовился. Он перевел все активы на офшорные счета и купил недвижимость в Омане, где нет договора об экстрадиции с США.
– Что именно я должна сделать, Сераф? Заставить его сдаться или убедить возместить тридцать пять миллиардов долларов?
– Ты должна исправить его, Селеста.
– Какой великолепный совет, тренер. Можно мне называть тебя тренером, или это вызовет еще один холодный упрек?
Хотя на этот раз и невербально, но мой вопрос вызвал недовольство в виде косого взгляда.
– Как насчет просто Ашера?
– Так я могу забыть, насколько выше меня ты… летаешь, Сераф.
Он сжал переносицу и вздохнул.
– Называй меня так, как тебе нравится.
– Имена, которые мне нравятся, будут стоить мне перьев, так почему бы не продолжать звать тебя Серафом?
Отняв руку от лица, он медленно моргнул, будто не в силах поверить, что я способна плохо о нем думать после того, как он спас Лей. Разумеется, это не так. Над его чувством юмора не мешало бы поработать, но в остальном он довольно славный парень. Но я не стала этого говорить, не желая тешить его самолюбие или обсуждать достоинства чувства юмора. Вместо этого я отпила кофе и сосредоточилась на разработке плана для этого говнюка Бофингера.
Я судорожно вздохнула, отчего немного кофе вытекло изо рта и впиталось в мою, к счастью, черную футболку.
Ох, да ладно. Я обуздала желание разозлиться на ишима, чтобы не лишиться еще одного пера.
Ашер проследил за падением моего перышка.
– Я подумал, что прошлая ночь сумела уменьшить твое отвращение ко мне.
Я не стала его переубеждать и признаваться, что думала о Бофингере. Вместо этого просто продолжила путь, попивая обжигающий горло кофе в гробовой тишине.
Вытерев подошвы ботинок об огромный коврик Бофингера с монограммой, я позвонила в латунный дверной звонок. Спустя мгновение лакированная черная дверь распахнулась.
– Чем я могу вам помочь? – спросил дворецкий, одетый в неприглядный костюм из жатого ситца.
– У меня назначена встреча с мистером Бофингером. Селеста Моро. – Это не ложь. Ашер, который сейчас сидел на скамейке напротив Ист-Ривер, позвонил заранее и назначил мне встречу, выдав меня за потенциального инвестора. Это единственное, что он сказал после того, как я лишилась пера, потерю которого он принял близко к сердцу.
