— Да ладно, я же понимаю, что ты не виноват и не специально себе его заимел, — отмахнулась я. — Всякое бывает. Бывает, люди рождаются уже с какой-нибудь болезнью. Вот и ты — родился с разновидностью болезни, да? Ты ж не сам её себе надыбал по пьяни, свалившись со своей костяной скотины в овраг, полный колючек и повредив… что-нибудь?
Он только вздохнул. А потом вдруг взял меня за руку и попытался усадить рядом… это оказалось больно, и я взвыла.
— Что с тобой? — испугался он. — Я… я же осторожно, да?
— Да. Это мой косяк — я забыла, что днём в деревне посадила занозу, от палки, которой отбивалась от разбойников.
Я поднесла к лицу ту ладонь — точно, сидит, родимая, толстенькая такая, и вошла глубоко, нужна иголка, чтобы зацепить и вытащить.
— Иголка есть? Заодно и штаны зашью.
— Иголка? Не знаю. Зачем тебе иголка?
— Сначала достать занозу.
— Я тебе и так достану, — он снова взял мою ладонь, тоже рассмотрел внимательно, потом достал из ножен хозный такой нож — с мощным лезвием и острым концом, и коснулся тем концом занозы, примеряясь.
Я испугалась — кто так делает-то, ножом не зацепить и не вытащить! Уже хотела заорать, но он осторожно тронул кончик занозы снова, и дальше одним непонятным мне действием реально вытащил её из моей ладони. Отложил нож, погладил ладонь. Ощупал ранку.
— Не целитель, поэтому заращивать будешь сама. А в следующий раз не забудешь о перчатках.
— Так у меня нет привычки к вашим занозистым палкам.
— А к чему есть?
Я усмехнулась.
— У меня в основном рукопашка. Ну, стреляю ещё неплохо.
— Лук, арбалет?
— Пистолет. Есть у вас огнестрельное оружие?
— Магическое, что ли?
— Нет, порох.
— Взрывать, что ли?
— Нет. Потом объясню. Давай, поворачивайся, показывай свой зад.
— Дался тебе мой зад!
— Вообще нет. Я уже говорила — ходи с дырой.
— Ладно, ладно, смотри, — он повернулся ко мне спиной и лёг на сено.
Ну точно, дыра, классическая — зацепил ткань, и она порвалась треугольником. И под шерстяными штанами были ещё одни типа льняные — там тоже была дыра, такая же, но поменьше. Мне стало совсем интересно, я отогнула все кусочки ткани и заглянула внутрь. Точно, на коже тоже дыра. Не такая, чтобы вот прямо кровотечение, но есть и кровь, и грязь. Дома я б обработала какой-нибудь перекисью и заклеила, а тут что делать?
— Скажи, вы раны чем обрабатываете?
— Эликсиром, — с готовностью отозвался он.
И даже объяснил, где в кухне стоит на полке тот эликсир, и что возле него должна быть пропаренная тряпка, которую использовать для обработки.
Что ж, я сходила за эликсиром, он тем временем избавился от пострадавших штанов. Эликсир оказался тоже зелёным, и мне удалось с его помощью убрать из раны остатки драконьей ржавчины, а потом ещё и себе дыру от занозы смазать. Боль тут же ушла, и даже края дырки подзатянулись. Я посмотрела — на заднице тоже.
— Если ты скажешь, где найти чистую одежду, я тебе принесу.
Оказалось — на лавке с другой стороны от камина. Одежда лежала кучей, наверное, принесли из стирки и чистки. Я насчитала три рубахи и двое исподних штанов, и принесла ему по штуке того и другого.
Пока мы чистились да одевались, оказалось, что из деревни нам прислали котёл с кашей, даже ещё тёплой, потому что несли в каком-то одеяле, что ли. И мы эту кашу уписали радостно за обе щёки, и даже на утро ещё осталось. И потом уже только упасть спать — на то же самое сено. И я ещё услышала, как он придвигается ко мне, укрывает колючим шерстяным плащом и обхватывает рукой.
В мой сон ворвался звук, звук странный и красивый. Как будто где-то там, далеко, пела труба. Во сне я дралась с кем-то на площадке длинной лестницы, и пропустила подножку, и меня с той лестницы скинули — и летела я эпично и красиво. И вот как раз звук проник в сон, дал мне какую-то надежду, что меня поймают, и я не расшибусь всмятку, и тут я проснулась.
Звук слышался наяву — откуда-то с улицы. Как будто и правда там пела труба.
А я снова не сразу сообразила, что и кого, и кто я, и где я, и кто эти люди и где мои вещи, и что там говорят в таких случаях. Правда, сразу же вспомнила и посмеялась.
У меня теперь совсем другая жизнь. Вместо съемной однушки в бараке — здоровенный пустой замок. Вместо пьющих в сопли соседей — маг-некромант, иногда, гм, тоже пьющий в сопли. Плюс призрачный дедушка и скелет дракона. Скелет вчера показал себя необыкновенно полезным, а дедушка и вовсе кладезь знаний и мудрости.
Маг-некромант смотрел на меня, щурился… улыбался.
— Доброго дня тебе, моя леди Серафима.
— И тебе так же, столько же раз и по тому же месту, — почему-то меня смутила его улыбка, я уставилась куда-то вдаль… сено, плащ, ноги. — Задницу покажи.
— Что-что? — он ржал. — Буду рад, прекрасная госпожа, но боюсь, нас это задержит. А судя по сигналу, наше подкрепление прибыло.
— Дурак, — я треснула его какой-то свёрнутой одёжкой, которая была вместо подушки. — Там у тебя вчера была дыра, и как ты на скелетище своё сегодня сядешь, если я не всё вычистила, и там воспаление? — я тоже ржала, чего уж.
