Миссис Уотсон многим рассказала эту историю, и капитан Уотсон, в сопровождении двух джентльменов, навестил миссис Баргрейв, чтобы услышать ее из ее уст. История распространялась очень быстро, и многие знатные люди, наведавшись в дом миссис Баргрейв, утверждали впоследствии, что нисколько не усомнились в ее рассказе.
Миссис Баргрейв повторяла его почти что слово в слово, и те, кто хотели отыскать в нем несоответствия, были очень озадачены. Служанка в соседнем доме слышала, как она разговаривала с кем-то в то время, когда у нее должна была быть миссис Вейл, а когда последняя ушла, миссис Баргрейв пришла к ее хозяйке рассказать о своем разговоре с подругой. Миссис Баргрейв ни с кого не взяла ни пенса за свой рассказ, и не позволяла делать это своей дочери, так что никаких корыстных мотивов у нее не имелось.
Мистер Вейл делал все, чтобы эта история не получила распространения. Он заявил, что отправится к миссис Баргрейв, без сомнения, с целью расспросить ее и пристыдить, но, на самом деле, хотя он и ездил в Кентербери навестить капитана Уотсона, он так и не зашел к миссис Баргрейв.
Некоторые из ее знакомых считали, что она лжет, и утверждали, - она знала о ежегодной ренте мистера Бретона, но этих людей нельзя было назвать правдивыми. Мистер Вейл распространил слух, будто спросил свою сестру, лежавшую на смертном одре, не желает ли она отдать распоряжения о своих вещах, но та ответила отказом. У нее был кошелек с золотом, но он был найден среди косметики, а не в шкафу. Его брат и сестра действительно приехали из Лондона и оказались в Дувре как раз в момент смерти его сестры.
Некий джентльмен преодолел тридцать миль, чтобы услышать рассказ миссис Баргрейв о привидении, и она поведала ему его в комнате, полной посетителей.
Наконец, один джентльмен, мировой судья из Мейдстона, в Кенте, послал эту историю своему другу в Лондон, о чем свидетельствовала знатная дама, жившая в Кентербери, в нескольких домах от дома миссис Баргрейв, слышавшая эту историю от нее самой. Она добавила, что у миссис Баргрейв не было причин выдумывать и предавать гласности такую историю или говорить неправду, поскольку она была женщиной честной и добродетельной, а ее жизнь - благочестивой.
............................
Такова знаменитая история о призраке миссис Вейл, рассказанная в печати ни кем иным, как Даниэлем Дефо, автором "Робинзона Крузо".
Имя Дефо стало известно главным образом благодаря этому его шедевру, а также "Молль Флендерс" и "Дневника чумного года", но он был, конечно, чрезвычайно плодовитым писателем.
"Явление призрака миссис Вейл" - самая поразительная из сверхъестественных историй Дефо, причем общепризнанным фактом является то, что он написал ее, чтобы разыграть своих читателей, хотя она и начинается словами: "Эта история не выдумка..." Она была прислана неким джентльменом (мировым судьей) из Мейдстоуна и пр.
Это произведение Дефо может считаться тем, что мы в наши дни называем "дутой рекламой" для книги Дрелинкурта о страхе смерти. Книга не продавалась, и ее издатель, как говорят, пожаловался Дефо на понесенные убытки. "Если вы хотите, чтобы я помог продажам, - ответил тот, - я вам помогу", - после чего сел и написал историю миссис Вейл.
Если это правда, то такой поступок мог послужить к чести писателя, но мистер У. Ли, его биограф, окончательно представляет это как миф, заявляя, что брошюра была впервые опубликована без какой-либо ссылки на Дерлинкурта, а напечатана в четвертом издании его книги, когда та была уже популярна. Брошюра была опубликована в июле 1706 года, когда книга Дрелинкурта была опубликована третьим изданием.
Сэр Вальтер Скотт написал прекрасный отзыв о "Явлении призрака миссис Вейл". Будь то факт или вымысел, это, безусловно, очень любопытная история, и, как утверждается, "самая совершенная в своем роде выдумка, которая когда-либо была написана".
.............................
После того, как было написано изложенное выше, произошло нечто любопытное. Обратившись к четвертому изданию брошюры Дефо в Британском музее, я обнаружила в нем несколько рукописных заметок выцветшими чернилами. На обратной стороне форзаца имелась надпись на латыни, которую я показала одному из служащих читального зала, и он любезно перевел ее для меня. Вот что в ней содержалось.
"21 мая 1714 года я спросил миссис Баргрейв, правдивы ли факты, изложенные в этом рассказе. Она ответила, что не писала и не публиковала их, и не знает того, кто это сделал. Тем не менее, все упомянутые в нем факты, касающиеся случившегося, были верны, хотя пара обстоятельств описаны не совсем точно. Без сомнения, писавший слышал историю из уст самой миссис Баргрейв и записал ее без ее ведома. Некоторые добавленные детали были уточнены самой миссис Баргрейв".
Служащий читального зала был очень заинтересован и любезно предложил сравнить почерк писавшего с почерком Дефо в зале рукописей Британского музея. Надпись на латыни была сделана спустя несколько лет после публикации памфлета.
