– У тебя были хоть какие-то шансы.
Они переглянулись и рассмеялись, как смеются соперницы, узнавшие, что давно вышли в тираж.
– Я тут краем уха кое-что слышала, да и твоя записка, – осторожно начала Сульвай. – Эджил Петтерсон действительно сошел с ума?
– На Венслекрокен нашли оторванную ногу девочки, – невпопад ответила Берит. – И теперь я должна объявить Лиллехейму, что поиски Сары Мартинсен подошли к концу.
– О боже, Берит, это правда?! Ногу?! Но как… Это ужасно!
– Да. Да, я любила его. – Берит каким-то образом снова ответила на вопрос Сульвай про Кристофера. Ее рука запорхала над бумагой.
– Тебе надо выспаться.
– Тебе тоже. А то приперлась ни свет ни заря.
Сульвай хмыкнула: перестрелка с разных сторон баррикады ее вполне устраивала.
Захватив блокнот с ручкой, Берит направилась к выходу:
– Я в муниципалитет. Буду на связи.
– Не шали там, сержант. Я про твой пистолет, если что.
– Поняла.
Путь от полицейского участка до муниципалитета не занял и пяти минут. Берит с неохотой покинула кроссовер, пропахший Кристофером. Машина призывала ее прокатиться по пустым, солнечным улицам Лиллехейма, наслаждаясь утром и ароматом любимого мужчины.
Берит миновала пустой зал, пивная вонь которого так и не выветрилась, несмотря на распахнутые вчера настежь двери. Она прошла в административную часть здания и включила пульт управления автоматизированной системы централизованного оповещения. Альф Дален всё исправил, как и обещал, но до ужина это всё же недотягивало.
Найдя пыльную папку с инструкцией, которую вчера просмотрела ради интереса, Берит откашлялась и нажала на кнопку записи голосового сообщения. Глаза вперились в набросанный текст.
– Говорит сержант Берит Карсен, полиция Лиллехейма. Поиски Сары Мартинсен прекращены. Зафиксирован случай нападения хищника. Возможно, он не один. Как многие уже знают, на Утесах Квасира произошло обрушение. Выходить в море опасно – только на собственный страх и риск. В некотором роде Лиллехейм полностью отрезан от внешнего мира. Работы по восстановлению связи уже ведутся.
Она перевела дух. Да, она соврала про попытки наладить связь. Но это уменьшит волнения. И разве со стороны Мушёэна не ведется таких работ?
– Соблюдайте предосторожность и сохраняйте спокойствие. Позаботьтесь о членах семьи, которые не в состоянии позаботиться о себе сами. Требуется любая информация о местоположении Эджила Петтерсона, капитана траулера «Кунна». Это обращение будет повторяться каждые три часа.
Берит вдруг захотелось пожелать всем хорошего дня, но она одернула себя и отключила запись. При желании полученную аудиодорожку можно отредактировать. Только вот охоты не было даже прослушать то, что получилось.
Оставалось пустить запись в эфир.
Арне проснулся спустя семь минут после того, как Стефен Рёд заехал в полицейский участок, чтобы сообщить о страшной находке на Венслекрокен. Когда мальчик открыл глаза, Берит уже уехала. Тело болело после сна на постели из стульев, обманчиво казавшихся такими мягкими.
– Мам? – Арне зевнул. На его лице появилась ухмылка. Ему еще не приходилось ночевать в полицейском участке, и он рассчитывал, что это случится после какой-нибудь знатной попойки. – Мам!
Сигни Петтерсон заворочалась и подняла голову. В мутном взгляде потускневших голубых глаз плавало непонимание. Она села. Царапины на ее рыхлых руках покрылись чуть прозрачной красной коркой.
– Где мы, Арне?
– В полицейском участке. Ты что, ничего не помнишь?
– Что это?
Арне проследил за ее взглядом и обнаружил у себя на футболке записку, приколотую с помощью канцелярской скрепки. На желтом клочке бумаги застыли черные красивые буквы: «
– Она хорошая, – заключил Арне, старательно вымарывая из головы мысли о бедном элкхунде. – Я на ней женюсь.
– А как же Дэгни? – поинтересовалась Сигни. Она тоже прочитала записку. – Мне казалось, она тебе нравится.
– Ну да. Некоторые доски забора тоже красивее остальных.
– Она бы расквасила тебе нос за такие слова.
– Это точно.
На их лицах попытались взойти жалкие подобия улыбок. Раздались шаги, и вошла Сульвай Арнтсен. Ее рот, перемалывавший в этот момент очередную порцию вишневой жвачки, замер. В каштановых волосах будто зарылось солнце.
– Вы еще кто? И где сержант?
Арне вместо ответа отдал женщине записку Берит и помог матери подняться с расползавшихся стульев.
– Петтерсоны, – представилась Сигни.
Если записка что-то и прояснила, виду Сульвай не показала. Шагнув к своему столу, она убедилась, что всё на месте. Поправила на всякий случай стаканчик с карандашами.
