– Я же сказал, что смогу очистить его историю, просто вырежу потом тот отрезок времени, когда работала заглушка. Ты чем слушаешь?! Даже в виртуальном мире не останется копии её передвижений и других данных её состояния здоровья с того момента, как мы заглушили сигнал.
– Виктор Александрович, может, лучше уничтожим его?
– Во-первых, его практически невозможно извлечь из тела, во-вторых, при извлечении или уничтожении чипа поступает сигнал в полицейский участок с точными координатами даже при наличии заглушки, а в-третьих, хватит задавать вопросы.
Коренастый юноша поднёс к виску девушки специальное устройство, которое взломало мини-систему и сделало всю остальную работу с данными. Второй парень аккуратно обработал рану у девушки на голове.
– Улики не забудь ликвидировать, а лучше забери все осколки кирпича с собой, выкинем в другом месте.
После двое парней быстро и без лишнего шума вынесли объект преследования из здания, погрузили в автомобиль и увезли в неизвестном направлении.
– Твои речи источают яд, а глаза ярость, но я знаю, что это только лишь снаружи. Потому как это всего-навсего маска, надетая из-за поглощающего тебя чувства страха и безысходности. Твои поджилки трясутся, старина, и я слышу, как они вот-вот треснут! – скаля гримасу в наигранном дружелюбии чеканил Пётр Аристархович Макаров.
– Твоя душа давно черна, а от поступков попахивает безумием, но вопреки этому я уж точно не испытываю страха перед таким кадром, как ты.
– Даже пытаешься шутить, язвить, что ещё раз подтверждает мои слова, Афанасий.
– Зачем ты сюда пришёл?
– Во-первых, я пришёл к главврачу, ты просто попался мне на пути к его кабинету, а во-вторых, не Ваше дело, Афанасий Сергеевич. У нас уже давно нет общих тем для разговоров, если не считать взаимного обмена колкостями.
– Если ты хотел опорочить это место своим присутствием, то проваливай, у тебя получилось! Но протягивать свои чёрные сети через это место, которое заботится исключительно о человеческих жизнях, я тебе не позволю! – выпалил заведующий офтальмологическим отделением, впервые за долгое время давший волю гневу.
– Мои сети уже везде и эта клиника рано или поздно тоже оплетётся ими.
Стоя возле приоткрытой двери тамбура для медперсонала, Александр вслушивался в эмоциональный диалог, как он только что узнал, бывших друзей. Скворцов строго-настрого запретил ему присутствовать при этом разговоре, и в грубой форме отправил его начищать и без того сверкающие столешницы в лаборатории, но любопытство не дало парню сдвинуться с места.
– Уходи, просто уходи, Пётр. Для тебя тут нет ничего!
На удивление Саши, да и самого заведующего, гордый бизнесмен послушно удалился, не сказав и слова. Но даже без взгляда на него было понятно, что с его губ так и не сошла противная саркастическая улыбка.
– Ты что тут забыл, я же сказал тебе уйти! – раздражённо выпалил мужчина, ввалившись в ординаторскую.
– Неужели научно-технический центр Макарова хочет сотрудничать с нашей клиникой? – на удивление спокойно и без капли страха заявил юноша, когда яростные глаза наставника врезались в его физиономию.
– Ты ещё смеешь меня спрашивать. Ты вообще не должен был слышать этот разговор! Да к тому же, это тебя не касается!
За почти полный месяц непрерывного общения Александр и Мария всё больше времени проводили вместе, обсуждая без перерыва всё вокруг. Доверие между ними росло с каждым днём. Даже самые смелые и радикальные мысли они могли высказать друг другу, не боясь доноса руководству или осуждения посторонних.
Так произошло и в один из сентябрьских тёплых деньков – последних отголосков летней поры.
– А почему вы совместно с научно-техническим центром Макарова не занимаетесь разработкой и изготовлением чипов? – с искренним любопытством спросил Александр.
– Мы были бы рады, но абсолютная монополия на производство этих имплантированных устройств принадлежит Макарову Петру Аристарховичу – российскому миллиардеру. Так получилось, что его команда первая разработала первый прототип и только она знает все тонкости и секреты этой технологии. Не каждый может похвалиться тем, что его продуктом интеллектуальной деятельности пользуется каждый человек на планете.
– Мне кажется, это несправедливо. Вместе люди могут добиться больших результатов.
– Я тоже так думаю, но наука уже давно является синонимом предпринимательства, ничего с этим не поделаешь, – задумчиво ответила Маша, опёршись на лабораторный стол.
– Знаешь, я чувствую, что у нас много общего.
– Возможно.
Охвативший поток энергии придал парню небывалую смелость, и он всё же решился произнести заветные слова:
– А что ты думаешь о цвете?
– В смысле?
– Ну, ты хотела бы увидеть цвета? Может, ты пыталась представить их? – Александр и сам не заметил, как его подсознание начало открываться перед новой знакомой.
– Допустим, что да. И что с того?
– Ты первая, кто так мне ответил.
– А ты первый, кто задал мне этот вопрос.
– Ну так что? Что ты думаешь о цвете?
