И, кажется, он всерьёз опасается, что она ему и этого дня не даст, и радостно умчится поскорее, лишь бы от него отвязаться.
– Вообще-то, – нарочно капризно протянула Рэми, – я сама планировала хотя бы денёчка три отдохнуть. Я не настолько опытная наездница, чтобы, как вы, из одной поездки в другую бросаться сходу.
Он фыркнул, разгадав её манёвр:
– Три денёчка?
– Думаешь, не отдохну? – раздумчиво протянула она и принялась гадать: – Пять?
Он рассмеялся, повернулся к ней, облокотившись на подушку, и подначил:
– Жалеешь меня, да, Рэми?
Она состроила на редкость невинное выражение лица и самым независимым тоном открестилась:
– Не понимаю, о чём ты. Я и в самом деле сильно устала.
Он с самым серьёзным видом покивал и уточнил:
– Трёх дней хватит с головой.
– Ну и прекрасно, – резюмировала она, приподнялась, задула свечу и устроилась поудобнее.
Только для того, чтобы через минуту жалобно позвать:
– Э-эрт…
– Ммм? – невозмутимо откликнулся он.
– А можно тебя обнять?
Кашлянув, он смущённо заметил:
– Совсем не обязательно об этом спрашивать.
Перебравшись к нему и довольно устроившись у него в объятиях, она объяснила:
– Ну, ты же у меня спрашиваешь…
Он сдержанно рассмеялся – его грудь под её щекой забавно завибрировала – и пояснил:
– Рэми, ну у тебя-то семь пятниц на неделе, никогда нельзя предугадать заранее, можно ли тебя обнять – или получишь по морде.
Она тяжко вздохнула, признавая, что да, как-то так и есть. Почему-то стало стыдно. У неё снова вырвался тяжёлый вздох.
Прижав её к себе покрепче, он сонно пробормотал:
– Тем ценнее моменты, когда ты сама ко мне жмёшься, драгоценная… – и, кажется, моментально отрубился.
Вздохнув ещё пару раз, Рэми тоже быстро уснула.
…Дни до отъезда оказались насыщенными: Эртан пропадал в ратуше, Рэми спешила разобраться со своими аграрными опытами и некоторыми бытовыми делами. В том числе, разгреблась, наконец, со своими привезёнными из Ниии вещами – всё руки не доходили. В процессе поняла, что под марианский быт её гардероб не очень-то подходит. Что-то решила перешить, что-то нужно было купить… последняя мысль её откровенно смутила: обращаться к А-Ларресам по таким пустякам – а тем более не по пустякам, а за чем-то дорогостоящим, – было неловко. Рэми уже всерьёз задумалась о том, чтобы и впрямь подработать в теплицах, но тут вспомнила, что она, вообще-то, герцогиня и маркграфиня, и что её ниийские земли, по идее, приносят какой-то доход. Она никогда всерьёз не занималась хозяйством, а за её управляющими следил старший брат, поэтому даже предположить, есть ли у неё средства и сколько, она не могла. Решив выяснить этот вопрос, она, кроме дежурных писем родным, попросила братца ввести её в курс дела, а если средства есть – так и сразу часть потратить и прислать ей… всякого, список на две страницы прилагается.
Накануне отъезда удалось повидаться с Алиссией – новоиспечённый супруг засел за дела с Эртаном, а девушки смогли уединиться в саду и посплетничать.
Рэми, конечно, в первую очередь попыталась выяснить, не обижает ли подругу этот весьма сомнительный муж, но Алиссия не очень-то хотела распространяться на эту тему и вяло отмахнулась с объяснением: «Мы более или менее договорились».
За этим вялым объяснением стояла история довольно некрасивая. Эрьен, и в принципе не отличающийся эмоциональной чуткостью, знать не знал, что выбранная им супруга хранит в своём сердце тайную роковую любовь. Поэтому налаживать отношения решил начать самым прямым и отважным путём – с постельных подвигов. Бедняжка-Алиссия, которой было вообще не до того, сперва сносила его подвиги стоически, но в конце концов разрыдалась навзрыд, чем, кажется, нанесла супругу нехилую психологическую травму. Во всяком случае, Эрьен, который, казалось, по службе должен был привыкнуть к истерикам и слезам всех мастей, оказался столь потрясён, что после первой брачной ночи начал от жены шарахаться, и даже за руку её лишний раз взять боялся.
Должно быть, она и в самом деле ему понравилась, судя по столь острой реакции.
Алиссия, которая никак не ожидала, что от неё отстанут так быстро и почти безболезненно, была сложившийся ситуацией вполне довольна, и шараханья мужа обозначила тем самым: «более или менее договорились».
Рэми отнеслась к этому комментарию скептически, но пришлось довольствоваться тем, что есть. В конце концов, подруга выглядела оживающей по сравнению с днём свадьбы, и можно было надеяться, что ей и впрямь удастся устроиться. Поэтому разговор плавно перетёк на планы Рэми на ниве защиты женских прав, а ещё на Эртана – ну куда ж без этого?
Если Алиссию то, куда быстро и неожиданно скатился её брак, устраивало вполне, то Эрьена – с точностью да наоборот. Пока дамы сплетничали на улице, мужчины занимались тем же самым в курительной. Узнав о затруднительном положении, в кое попал друг, Эртан незамедлительно начал делиться своей недавноприобретённой супружеской мудростью и глубоким знанием женской психологии. Рекомендованная им тактика сводилась к трём пунктам: терпение, физиономия поблагороднее и жалобный взгляд.
