— Моего парня? — усмехнулась я. — К сожаленью, он забыл обо мне и вчера попытался убить. Все, что случилось, кажется злой шуткой, и только поэтому я не бьюсь в истерике.
Врушка.
Возникла долгая пауза. Рой потер переносицу. Машинально хотел прихлебнуть горький отвар, но, видимо, вспомнил о мерзостном вкусе и отставил кружку.
— Проблема, Валерия, в том, что он стал прежним Кайденом Вудсом, — наконец, высказался он. — Объективная реальность такова, что он хороший друг, преданный клану паладин и редкостная сволочь, когда дело касается женщин и теветцев.
— А я, вообще, два в одном?
— Ты двуликая.
— Прозвучало приговором, — сухо заметила я.
— Извини, не хотел обидеть, — сморщился приятель. — Валерия, как друг, я обязан тебе посоветовать вернуться в Тевет. Попытаться наладить жизнь, найти нормального парня. Для вас с Кайденом, возможно, такой вариант расставания — самый простой. Но я слышал, как ты рыдала всю ночь, как будто кто-то умер, и понимаю, что дружеских советов ты слушать не намерена.
— Ты прав. Если Кайден захочет видеть меня рядом, так тому и быть. — Я помолчала. — Правда вряд ли он появится.
— Появится, — не согласился знахарь, — даже не сомневаюсь. И быстрее, чем ты думаешь.
— Почему?
Хотя сказанное должно было вселять надежду, что-то в тоне знахаря заставляло нервничать.
— Мы же говорим о тебе. — Приятель пожал плечами. — Неважно, что помнит Кайден, а что забыл. Он тебя увидел и больше не отпустит. Некоторым суждено сходить с ума друг по другу.
— Дрожь пробирает от твоих слов, — пробормотала я.
Вместе со знахарем мы спустили с чердака пыльный сундук с женскими вещами. Перебрав ворох нарядов, мне удалось выбрать несколько платьев по размеру, отвратительно облегающие штаны и приличный вязаный кардиган, только в одном месте слегка подточенный молью. Не откладывая дело в долгий ящик, я переоделась в белый сарафан, натянула открытые босоножки и собралась в магическую лавку в соседней деревне. Рой, не споря, согласился меня сопровождать. Правда, он не предупредил, что топать нам предстояло почти две мили под горку.
Обычно Абрис встречал меня промозглым холодом с беспрерывным дождем или трескучими морозами и сугробами, словно с порога пытался вытолкать взашей. Но сегодня светило улыбчивое солнце, от запаха горных трав кружилась голова, а я впервые за долгое время позволила себе выйти из дома с открытыми руками, рассудив, что вряд ли оскорблю чувства приличных абрисцев темными рунами.
По дороге мы с Роем болтали обо всем и ни о чем, ловко избегая болезненных тем. Я давно заметила, что он, вообще, старался не лезть в душу и не задавать вопросов, неизбежно способных разбередить раны. Только один раз разговор принял опасный оборот, когда знахарь во время моего рассказа об артефактах для принцессы, между делом, поинтересовался:
— Почему ты создала ворота, которые открываются только в одну сторону?
— Вообще-то, я не планировала так быстро возвращаться в Тевет. Думала, что у меня будет куча времени, чтобы спокойно переделать «Сердце Абриса». Магия очень сложная…
— Какое имя ты дала артефакту? — перебил Рой.
Мне вдруг стало неловко. Сердцем Абриса называли особенную темную руну, идеальное сочетание семи ключей, которые использовали в написание колдовских знаков. Считалось, что если она потухнет, то магия исчезнет. В то время, когда мы познакомились с Кайденом, сердце его мира уже спало.
— Все равно магия должна как-то называться, чтобы подчиняться владельцу, — буркнула я.
Между нами повисло молчание, но вдруг знахарь признался:
— Она зажглась.
— Руна? — оживилась я.
— Да, из-за большого взрыва. Мы все чувствуем, как Абрис наполняется магией. Кажется, даже дышать сейчас легче. Все ожидают, что через пару-тройку поколений восстановиться равновесие, и в обычных семьях начнут появляться одаренные дети, как до Схождения.
— Ну хотя бы что-то мы сделали правильно, — вздохнула я, не испытывая ни капли радости. В голове крутилась досадная мысль, что, по мне, лучше бы проклятая руна продолжала спать, и Кайден не потерял ни единого воспоминания. Эгоистично, но в хорошие люди я себя никогда не записывала.
Дорога раздваивалась, одним хвостом огибала скалистый выступ, другим — убегала к холмам. На развилке стоял указатель, и рядом с названием селения красным цветом пульсировала незнакомая руна.
— Что за знак?
— Клановый символ. Эти земли принадлежат Вудсам, — пояснил Рой.
— И много земель? До самого горизонта? — съехидничала я и обвела рукой горную долину с бесконечными зелеными холмами, врезавшимися в горизонт.
— Дальше, — сухо вымолвил знахарь. Видимо, в Абрисе о колдовских семьях и их собственности шутить было не принято. — Много дальше.
Селение встречало путешественников надписью с символом Вудсов. Торговые лавки тянулись с двух сторон тракта, а каменные одноэтажные домики с остроконечными крышами взбирались на пологую гору, образуя ступени.
— Мне надо к аптекарю, — кивнул Рой в сторону торговой лавки с рисунком змейки, нанесенным на витрине.
— А где магическая лавка?
