Странный человек склоняется к ней. Немолодой, представительный мужчина с глубокими залысинами в рыжеватых волосах, густо припорошенных сединой, с худым, острым лицом и тонкими губами, которые так и норовят сложиться в улыбку.
Рей вглядывается в лицо женщины, которое кажется знакомым. Ну конечно! Сквозь многослойный грим проступают изящные черты Падме Наббери — тайной супруги Вейдера, чей ангельский облик Рей когда-то подсмотрела в воспоминаниях у Бена, а он — в воспоминаниях своего деда в Святилище. Здесь Падме выглядит совсем юной, даже несмотря на то, что грим порядком добавлял ей лет. Наверное, она сейчас младше, чем Рей.
— … Если нынешний сенат недееспособен, ему нужен новый руководитель. Предлагаю вынести вотум недоверия Верховному канцлеру Валоруму.
Женщина оканчивает свою речь и садится. В зале поднимается гвалт…
Рей смотрела дальше.
Те же люди, но уже в другой обстановке — посреди просторной гостиной, обставленной с такой роскошью, которую Рей не могла бы даже представить себе.
Человек с острым лицом выглядит необычайно довольным, и Рей никак не может понять, нравится ли ей его улыбка, которая, с одной стороны, не лишена очарования настоящей живой мысли, но с другой, потому-то и заставляет что-то внутри трезвонить об опасности.
— Многие сочувствуют вашему положению, моя королева. Это поможет нам получить голоса.
Эти слова и вся эта сцена заставили Рей нахмуриться. Неужели Падме была в сговоре с Палпатином?
Нет, не похоже на то. Да и Энакин наверняка знал бы… Вероятно, Палпатин всего-навсего манипулировал ею, как манипулировал ее супругом, и всем сенатом, и даже советом джедаев. Бен кое-что рассказывал Рей о том, как Палпатину удалось, обведя всех вокруг пальца, добиться авторитарной власти в галактике. Если хотя бы часть его рассказа — правда, выходит, вся Республика, сама того не зная, подыгрывала безумцу в его стремлении к власти.
Однако помимо власти над галактикой у будущего императора имелись и другие цели. Он желал обрести власть над самой Силой.
Через два месяца после инаугурации новый Верховный канцлер Шив Палпатин организовывает первую экспедицию на Джакку.
Богатая набуанская яхта с таким же хромированным покрытием, как у «Нефритовой сабли», и внушающим названием «Империалис» приземляется неподалеку от плато Жалобной руки, где в то время, кажется, действительно добывали уголь. Не мудрствуя, Палпатин убеждает хозяина шахт продать ему все, включая оборудование и рабов, и Рей остается только гадать, что тут сыграло большую роль — обещание солидного куша от таинственного незнакомца в черном одеянии или Внушение Силы, к которому прибег владыка ситхов.
Удовлетворенный, Палпатин оставляет на плато рабочих дроидов и отправляется в обратный путь, еще не зная о худощавом долговязом подростке скрывающемся где-то в недрах его корабля. Но вскоре Сила выдает присутствие незнакомца.
Рей видит ребенка, ныне изуродованного и искалеченного Темной стороной, с изумлением подмечая живое лицо, щедро усыпанное веснушками, впалые щеки, рыжие пряди, падающие на крутой лоб. Никто не узнал бы главу Первого Ордена в мальчике, испуганно трепещущем у ног канцлера. Только пронзительный взгляд детских глаз отчасти напоминает пугающую черную бездну.
— У меня есть задание для тебя, юный Галли. Ты вернешься на Джакку. Клочок грязи, где работают мои дроиды, драгоценен. Не для меня одного — для всей галактики. Это важно. Это было важно тысячу лет назад и будет снова. Ты вернешься туда и будешь следить за дроидами, которые копают землю. Потом я пришлю больше дроидов, и они построят под землей кое-что. Я хочу, чтобы ты охранял это место.
— Охранял? Но я всего лишь мальчик.
— Да, но весьма находчивый мальчик, как я погляжу…
Тени дали Рей ответы на все вопросы, даже на те, которые она еще не успела мысленно задать сама себе. Теперь ей было известно, кто построил это место, и даже примерно известно, с какими целями. Оставалось только одно: понять, какое она сама имеет отношение ко всему увиденному.
— Тебе следует углубиться в собственную память, чтобы осознать это.
Тонкий голосок зазвенел прямо у нее за спиной.
По телу Рей прошла холодная дрожь. Она знала, что надо повернуться. Даже если там, позади, опасность, ее следует встретить лицом к лицу. Однако страх сковал ее руки и ноги, не давая пошевелиться.
То, что было рядом, задорно хихикнуло.
— Ты боишься смотреть на меня? Но разве ты не для того пришла сюда?
Рей молчала. Язык тоже отказывался слушаться.
— Повернись, — почти приказал странный голос.
Какая-то темная воля подхватила ее и рывком развернула, словно куклу, лишенную власти над самой собой.
***
Рей не могла заставить себя поверить собственным глазам. Она видела детское лицо, живое и веселое, полное восторженного волнения, с редкими веснушками и заметной щербинкой между передними зубами. Девочка не старше пяти-шести лет стояла напротив и держала Рей за руку.
