— К сожалению или к счастью, там, где раньше я жила, мне не приходилось сталкиваться с такими как вы, — невольно опускаю взгляд, под пристальными чёрными
Ведь под словами "жила до этого" я естественно подразумеваю именно родную Землю.
— Ну как же, герцогиня, — вскидывается мужчина. — А ваш придворный лекарь Магнус! Он кажется же даже приходится мне дальним родственником, — задумчиво потирает бороду.
— Мангус? Но он совершенно не похож на вас, и выглядит как обычный человек.
— Это всё потому что он полукровка, мать у него была человеком, — улыбается мужчина. — Да, он конечно не любит афишировать тот факт, что он из древнего рода, но некоторые свои отличия он все же не смог бы скрыть. Тем более, я более чем уверен, что граф Пефферди знал об этом.
— Простите, я не знала, ну или возможно просто не интересовалась, — растерянно пожимаю плечами.
И ведь действительно, я вспоминаю, что графиня Каллмя Мангуса как-то всегда сторонилась. Он ей всегда казался немного странным и очень замкнутым. Хотя лекарем, Магнус, был безусловно превосходным.
— Возможно, — Флорианс опять прищуривает глаза. — Наша раса слыла способностями к врачеванию, а также мы всегда были превосходными медиумами, — зачем-то добавляет. Ещё пристальнее в меня всматриваясь.
— Медиумами? — удивленно переспрашиваю. — Это что, типа с душами умерших разговаривать?
— Ну, я бы не называл это так грубо. Мы можем входить в транс и переходить в другие миры или более тонкие уровни подпространства, где обычно и обитают души.
— В другие миры? — от услышанных слов, я задохнулась.
Неужели этот человек и есть тот самый злосчастный бомж из-за которого я сюда и попала. У меня уже вертелось на языке, спросить у Флорианса, о том не был ли он случайно в моём мире. Как, он меня опередил.
— Да, у меня даже случился в одном из них, один забавный случай, мужчина задумчиво потёр бороду.
— Какой же? — поинтересовалась, напрягшись всем телом.
— Да нужно мне было одну душу в наш мир переправить… так вот там была одна агрессивная дама, крупной наружности…
— Ага, значит… вы всё-таки меня помните? — выплёвываю ему в лицо, уже не в силах сдерживаться. — Там, в моём мире, вы ещё мне обивку растерзали. И теперь смотря на вас, я вижу чем вы это сделали, — язвительно выпаливаю. При этих словах многозначительно покосилась на длинные, заверенные когти мужчины. Совершенно позабыв обо всех рамках приличия.
— В вашем мире? — удивленно переспрашивает. Но в его голосе явственно просквозила догадка. — Значит, у нас всё-таки вышло, — огорошивает меня напоследок Флорианс переводя задумчивый взгляд, черных как смоль глаз.
— Что вышло?
— Послушайте, миледи, я сейчас не вправе, вам что-либо рассказывать…, но…
— А вы не находите, что я имею право знать! У меня была своя жизнь и её у меня без спросу отняли, — перебиваю его. Сердце начинает бешено колотиться, голос предательски дрожит.
— Поверьте, графиня мы ничего плохого вам не желали. В той жизни, вам все равно было суждено погибнуть. В тех или иных обстоятельствах. Я, могу лишь видеть возможные варианты будущего, но что-либо изменить увы, не в моих силах.
— А Лия? Она тоже погибла? — беспомощно выдыхаю. Оглушенная услышанным признанием.
Мужчина утвердительно кивает.
— Но только её душа, сознание мне удалось сохранить.
— Но почему?
— Всё дело в древнейшей черной магии, — хрипит, опустив глаза.
— Но как вы это всё проделали, а главное — зачем?
— Вы обязательно обо всём узнаете милая, я обещаю, — вскидывает на меня пронизывающий взгляд. — А сейчас, мне уже пора, и прошу вас…, не отталкивайте Корна, возможно вы его последняя надежда.
— Надежда на, что? — бросаю, уже уходящему мужчине в спину.
— На жизнь…
Я ещё с минуту рассеянно смотрю на удаляющуюся широкую спину Флорианса, и даже не замечаю как сзади ко мне подбирается Корн.
— Что от тебя хотел, этот невыносимый зануда? — слышу хриплый голос мага.
Глава 31. Тяжёлый разговор, признание.
Я испуганно вскидываю взгляд, разворачиваясь к мужчине лицом и практически сразу нахожусь что ответить:
— Сказал, чтоб держалась от тебя подальше, — язвительно выплёвываю. Мне хочется сейчас сделать ему больно, как он своим отношением делает мне.
— Вряд-ли это возможно, — хрипло произносит герцог, ближе нагибаясь к моему лицу. И я уже вижу знакомую магическую тьму в красивых, завораживающих синих глазах. И мне хочется податься ему навстречу, прильнуть. Но в ответ, я лишь судорожно мну подол платья, так сильно сжимая пальцы, что острые коготки впиваются в кожу. Немного отрезвляя.
— Что именно не возможно, то, что Флорианс может так сказать? — мой голос заметно дорожит. И я корю себя, что не могу контролировать свои эмоции когда он находится настолько близко. За то что на щеках уже горит предательский румянец, и от осознания этого вспыхиваю ещё больше.
— Нет, — склоняет голову набок. — Держаться от тебя подальше, — выдыхает, почти касаясь моих губ. А я как будто деревенею, застываю.
