— Марта, может, вы присоединитесь к нам? — спросил мужчина.
— Ей нужно учиться, — послышался спокойный голос Морозова, который вошёл в комнату.
— Да… У меня свои дела… Приятного аппетита.
Я говорила быстро и не смотрела на хозяина дома. Сказала и ушла в свою комнату. Стало так обидно. От обиды защипало в глазах.
Как он может быть таким…?
Жёстким, сухим…
Неужели он не видит, что причиняет мне боль?
Я легла на кровать, закрыла глаза, и слёзы потекли по щекам.
Как этот мужчина мог мне понравиться?! Нет, я просто всё себе придумала. Это чудовище не может нравиться…
Нужно просто выбросить из сердца все чувства к нему. Выбросить, забыть… не чувствовать. А ещё у меня возник план.
Если папа услышал то, что не должен был, и с ним так обошлись… Значит, эта информация навредит Морозову.
Я должна узнать, что именно услышал папа.
И первое, что я сделаю, — спрошу у него самого…
Так и поступлю.
Не знаю, сколько я пролежала, глядя в потолок. Обида исчезла, слёзы высохли… Я просто лежала и перебирала в голове то, что услышала. Всё происходящее за последние дни казалось каким-то разбросанным, и хотелось разложить всё по полочкам.
Мои мысли прервал стук в дверь, и я быстро забралась под одеяло, отвернулась к стене и закрыла глаза. Надеюсь, Морозов не захочет проверять, сплю я или нет…
Я слышала, как тихо открылась дверь, слышала его уверенные шаги, а через секунду меня окутал его запах…
Это просто преступление — так пахнуть… — подумала я и вдохнула на полные груди.
— Марта… — совсем тихо сказал мужчина над моим ложе, и по телу пробежали мурашки.
Но я не ответила.
Нет, больше никогда. Я не позволю ему прикасаться ко мне, никогда…
Рядом со мной прогнулось ложе, и я затаила дыхание… Уходи, просто уходи, — молила я про себя.
— Прости…
Вдруг услышала я его голос. А затем Морозов поднялся и быстро ушёл, закрыв за собой дверь.
За что он просил прощения?
Не знаю. И знать не хочу, решила я…
Я больше не верю его словам… И не поверю.
Утром пришлось проснуться на час раньше. Потому что завтрак для хозяина никто не отменял, а видеть его мне совсем не хотелось. Поскольку за всю ночь я почти не спала, жужжание будильника нисколько не радовало.
Душ я тоже не принимала, просто умылась и тихонько спустилась на кухню.
Приготовив лёгкий завтрак, собрала вещи для университета и вышла из квартиры.
Чудесно, подумала я, направляясь к метро, и настроение улучшилось само собой.
Поскольку идти на занятия ещё было рано, я решила забежать к папе. Он должен рассказать мне, что с ним произошло. И что же он такого услышал… А потом уже можно и на пары.
Наметив себе маршрут, я ускорила шаги.
— Папочка, привет, — поздоровалась я, заглянув в палату.
— Дочка, доброе утро. Ты чего так рано? — удивился отец.
— Перед парами решила зайти к тебе.
— У тебя совсем нет времени на себя из-за работы у Морозова, — вздохнув, сказал папа.
— Насчёт Морозова… Пап, я хотела спросить…
— Что-то случилось, Марта?
— Как именно ты получил травму на работе?
— Да я уже рассказывал… Пошёл в подвал, там не было света, споткнулся на ступеньках и упал… — быстро заговорил отец, глядя на дверь, на стену напротив… Куда угодно, только не мне в глаза.
Врёт? Возможно…
— Ты мне правду говоришь? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.
— Дочка, почему ты спрашиваешь? Что случилось?
— Я работаю на этого человека, живу в его доме, пап. И хочу знать правду.
Я видела напряжение во взгляде отца. Он хотел мне что-то рассказать, я была уверена…
Но в палату зашёл врач.
— Простите, Марта, но у вашего отца сейчас процедуры.
— Хорошо, я поняла… Уже ухожу.
Я поцеловала папу в щёку и направилась к двери.
— Дочка… Я сказал тебе правду, — тихо произнёс отец и опустил глаза.
Он точно что-то скрывает. Теперь я была в этом уверена. Но почему не говорит? Боитcя Морозова? Может, тот ему угрожал? Это вполне возможно…
Сидя у окна в большой аудитории, я слушала лекцию по немецкому языку. Обычно я быстро схватывала суть, но сейчас все слова казались разрозненными. Никак не могла сосредоточиться и собрать их в предложение. Это ужасно раздражало…
Мне нравится учиться. На переводчика я поступила сама. Сдала на отлично вступительные экзамены в Национальный лингвистический университет и выбрала филологический факультет.
На первом курсе я изучала английский и немецкий языки, а в этом году решила дополнительно заняться итальянским.
Папа очень гордился, когда узнал, что я сдала экзамены. И мама бы обрадовалась, я уверена. Проблема была только одна — сумма оплаты за год.
И снова мои мысли вернулись к Морозову… За секунду я перенеслась в тёмный кабинет, почувствовала крепкие мужские руки на своём теле и его запах…
Внизу живота стало горячо, а в трусиках — влажно.
Чёрт! Я вскочила со своего места, как будто меня ужалили.
— Простите, Нина Геннадьевна, можно выйти? — обратилась я к преподавательнице.
— Да, Марта, иди…
Боже, почему я всё время о нём думаю?! — ругала я себя, быстро шагая в сторону туалета.
Дура! Он же не просто так тебя в свой дом привёл! — вдруг меня осенило.