– Номер, который вам дали, «липовый». Мы проверили. Никакого Бори, конечно, в квартире не было. Благопристойная семья. Мама – учительница, папа – ветеринар, сын – школьник. Наш «друг» просто подключил свой аппарат напрямую к распределительному щиту. Не сомневаюсь, что и все предыдущие разы он пользовался этой маленькой уловкой. По номеру нам его не поймать. Маринка даже не пошевелилась. Просто сидела и смотрела в окно.
– Ладно, – сказал телохранитель. – Ребята поставят все здание вверх дном, но его найдут. Никуда этому уроду теперь не деться. Можно считать, он у нас в руках. Телохранитель нажал на газ. «Четверка» взвизгнула колодками, разворачиваясь, рванула по темной Поварской, резко свернула в Борисоглебский переулок, пронеслась до Арбата и пошла вправо, к Кутузовскому. На протяжении всего пути телохранитель поглядывал в зеркальце заднего вида. Проспект казался почти пустынным, ночь все-таки. До дома они домчались за четверть часа. Машина остановилась на углу. Телохранитель заглушил двигатель.
– Во дворе сейчас не приткнешься. Ну да ничего. Я провожу вас до квартиры. В любом случае за нами никто не следил. Это точно. Маринка, всю дорогу смотревшая в окно, вздохнула, выпрямилась, сказала, глядя прямо перед собой:
– Знаете, я подумала и решила… Не нужно больше меня охранять. Телохранитель внимательно посмотрел на нее, затем пожал плечами:
– Позвольте спросить, почему?
– Вы не можете его остановить. Никто не может его остановить. – На лице Маринки застыло ледяное спокойствие. – Вы не просто недооценили этого человека. Вам даже невдомек, насколько ваше представление о нем не совпадает с действительностью.
– Тем не менее он всего-навсего человек и, как все люди, смертен. Маринка повернулась к спокойному, как скала, телохранителю:
– Хотите сказать, что… убьете его?
– Вы схватываете на лету, – подтвердил тот. – Скорее всего этот разговор вообще не имеет смысла. Девяносто девять и девять десятых за то, что вашему мнимому «братцу» как раз сейчас надевают наручники на запястья, но, на всякий случай… Разумеется, речь идет только о самозащите. Не более.
– О вашей самозащите.
– О моей, о вашей. – Он потянулся за сигаретой, закурил. – Вы можете заключить договор с моим охранным агентством. Тогда я буду официально отвечать за вашу безопасность. Правда, вам придется оплачивать мои услуги, но такой договор даст мне право использовать оружие в случае, если ситуация выйдет из-под контроля.
– То есть если моей жизни будет угрожать опасность?
– Совершенно верно.
– Она мне уже угрожала, – холодно отрубила Маринка. – Сегодня. И вы ничего не смогли сделать. Не сможете и впредь. Всего доброго, – она потянулась к дверце, но телохранитель цепко схватил ее за плечо.
– Сначала выхожу я, потом вы.
– Я, кажется, сказала, что больше не нуждаюсь в ваших услугах. Можете ехать домой.
– Одну секундочку. Я должен вам кое-что объяснить, – спокойно сказал телохранитель, рывком усадил Маринку в кресло и, бросив окурок на тротуар, захлопнул дверцу. – В данную секунду я отвечаю за вашу жизнь. Не вы меня пригласили, не вам меня и прогонять. Поднимитесь наверх, обсудите данный вопрос с Мишей. Он знает номер моего сотового телефона. Если вы решите, что мне здесь больше нечего делать, пусть позвонит и скажет об этом сам. Я уеду. Но прежде подумайте: Боря не собирался вас убивать. Если бы он пришел за вашей жизнью, то не стал бы звонить. Согласен, я допустил большую ошибку, недооценив этого парня. Но зачем он устроил весь этот спектакль сегодня?
– Не знаю, – тихо, почти беззвучно прошептала Маринка. – Я уже ничего не знаю, правда. Я устала.
– Потому что вы напугали его.
– Я?
– Конечно. Когда вышли на работу. Наш расчет оправдался. Он забеспокоился. Очевидно, этот тип следил за нами от самого вашего дома, видел, что вас сопровождает охрана. И тогда он проделал виртуозный трюк с телефонным звонком. Я не могу не уважать его изобретательность. Но надо верно оценивать факты. Боря испугался. Он понял, что не способен контролировать ситуацию. События начали развиваться иначе, чем планировалось. Этот хитроумный ублюдок все взвесил и нашел единственно верное решение. Он решил напугать вас. Причем напугать так, чтобы руки-ноги отнялись от ужаса. Как видите, ему это удалось.
– Как получилось, что вы бросили меня? – вспыхнула вдруг Маринка. – Как ты мог уехать и бросить меня одну? Ты же обещал! Ты обещал, что все время будешь рядом, что мне ничто не угрожает. Я поверила тебе! Телохранитель вздохнул:
