- Силвик я пить хочу – облизав пересохшие губы, попросила я мужчину.
От чего-то лорд не стал пользоваться магией, он вышел в коридор и через 15 минут вернулся со стаканом воды. Я припала к стакану и с жадностью его осушила в несколько больших глотков. Любимый смотрел на меня, как на своего ребёнка и молча взяв у меня стакан, поставил его на тумбочку и снова вышел. Вернулся он снова через 15 минут с кувшином в руках, который поставил рядом со стаканом.
- Как ты себя чувствуешь? – наконец поинтересовался он, глядя на меня так же, как родитель на своё чадо.
- Сколько дней я уже в лазарете? – поинтересовалась я, вместо ответа на его вопрос.
- Неделю где-то, но это нормально, ведь ты сменила ипостась полностью выжгла в себе кентавра, так что как полностью поправишься будем учиться пользоваться новой ипостасью – всё время, что говорил мой любимый, он смотрел только на меня и прижимал к губам мою руку периодически целуя тыльную сторону ладони.
Вдруг дверь открылась и явился мой папа, который как-то осуждающе глянул на то, что лорд Ледяной делал с моей рукой, но молча уселся на край моей кровати и заговорил.
- Как ты дочка? – и тоже взял меня за руку.
- Уже лучше. А ты ещё долго будешь в Угрейде? – поинтересовалась я, глядя в зелёные глаза отца.
- Ну если ты хорошо себя чувствуешь, я сегодня порталом перенесусь в поселение, а то сама понимаешь надолго оставлять посёлок без защиты нельзя – ответил папа, косясь на Силвика и мне показалось, что он хочет поговорить со мной с глазу на глаз.
- Пойду принесу Натали поесть – наверное Силвик понял, что он явно здесь лишний и поспешил выйти.
Как только лорд оставил нас с моим родителем, отец глубоко вздохнул и заговорил:
- Наточка, милый мой жеребёнок, я прошу тебя не теряй голову и не позорь меня. Если ты собираешься в дальнейшем стать женой лорда, то прошу оставайся девственной до вашей свадьбы, я не хочу, чтобы потом злые языки распространили слух, что дочь вожака пегих, согрешила раньше, до брака – папа говорил тихо и покраснев при этом, это было забавно, но я слушала Уолтра не дёрнув ни одним мускулом на лице.
- Папа я, как Силвик тебе ничего обещать не буду, в конце концов во мне сейчас живёт новая сущность и я не знаю, как она будет себя вести в присутствии рядом истинного партнёра – мотнув головой проговорила я, но на заявление отца я не обижалась.
Настало время рассказать про мою маму. Она нас предала, сбежав вместе с сатиром в неизвестном направлении. Отец познакомился с мамой, как окончил академию и прибыл домой, став вожаком вместо моего деда Рейманда кен Савасского. Мать была из белых кентавров, блондинка с волнистой гривой и голубыми глазами, звали её Танара кен Булонская. Отец влюбился в неё, как только нечаянно увидел, как она в компании подружек плавала в озере возле нашего поселения. Но на руку матери претендовало ещё два кентавра, один из поселения мышастых, а второй из гнедых. А у кентавров принято завоёвывать женщин через магические поединки, так отец и завоевал мать, а потом женился на ней. Когда родилась я Уолтр был счастлив, но мама вдруг загрустила и впала в депрессию, перестала обращать внимание на меня и отца. Моим воспитанием занимался сам отец в перерывах между делами, когда как мама грустным взглядом изучала пейзаж за окном, но однажды ранним утром она просто собралась и сбежала, написав папе письмо, в котором говорила, что устала от семейной жизни и хочет свободы. Мне было на тот момент десять лет, и я хорошо помню, как Уолтр рыдая выбежал из дома с письмом в руках, призвал копыта и ускакал в таверну, от куда не возвращался домой два дня. Я искала папу, но его притащил минотавр, его друг и хозяин таверны, где напивался все эти дни отец. Как только Уолтр проспался, я подбежала к нему и долго рыдала у него на плече уговаривая не бросать меня, как мама. Папа понял, что у него сейчас есть ради кого жить и поэтому попросил у меня прощения и пообещал, что больше такого не повторится. Папа выполнил данное обещание и полностью посвятил всего себя мне и за это я его люблю. Мама, как-то появилась однажды спустя шесть лет вместе с мальчиком, тоже, как и она белым кентавром и просилась чтобы папа её просил, но Уолтр посмотрел на меня и спросил, нужна ли мне такая мать, а я просто метнула головой и ушла. Папа понял меня и прогнал Танару, но мальчику сказал, что для него всегда двери открыты, хоть он и сын сатира, правда с ипостасью кентавра, видимо гены матери пересилили гены отца, такое бывает, магия рода всегда определяет чью ипостась возьмёт чадо, а также, на кого будет похож ребёнок. Вот такая история моей семьи, так что где-то у меня есть брат, которому сейчас уже десять лет и может когда-нибудь я найду его, и мы поговорим или даже породнимся. Но мать я никогда не прощу, она сделала больно не только мне, но и папе, за что нам её любить? Правильно, не за что.
