— Прошу простить вашего недостойного слугу. — Он поднял голову, а затем с силой опустил ее на песок.
Так он и бился о землю, каждый раз повторяя: “Прошу простить…”
И с каждым разом в его груди только разрасталась буря.
Хаджар мог кланяться кому угодно, если знал, что в будущем его меч выпьет крови каждого из списка. А теперь он знал, где найти одного из тех, кого уже слишком давно ждала богиня правосудия.
— Офицерский экзамен ты прошел, — генерал села обратно, — но твое поведение говорит о том, что ты плохо знаком с субординацией и армейскими законами. Пожалуй, стоит озаботиться тем, чтобы ты не оказал пагубное влияние на сослуживцев. Старший офицер Догар?!
— Да, генерал, — на одно колено упал могучий мужчина.
На его фоне генерал выглядела как маленькая девочка.
Черт, да любой другой офицер на фоне этого медведя выглядел так же — как маленькая девочка.
— Вы давно просили меня о помощнике. Вот и он — ваш новый помощник.
— Спасибо, мой генерал.
Зрители в очередной раз переглянулись.
Отряд Догара?! Да там еще никто не выживал дольше года! Даже штрафной батальон был бы более мягким наказанием, чем отряд Догара!
Старший офицер Догар, по мнению Хаджара, выглядел даже более внушительно, нежели жители деревни в Долине Ручьев. Ростом почти два метра тридцать сантиметров и около полутора в плечах, он действительно был похож на медведя, сбросившего шерсть.
Его массивной челюстью можно было жевать камни, а взглядом — ломать городские ворота. В качестве оружия он использовал боевые латные перчатки. Ну, оно и понятно. К таким лапищам (бицепс у него был такой же, как талия у Хаджара) сложно подобрать достойное оружие.
Возможно, Хаджару казалось, но с каждым шагом Догара земля слегка дрожала. Но это только “возможно”…
Сам же Хаджар сейчас выглядел не лучшим образом. Весь в синяках (спасибо генералу) и порезах, он прихрамывал, тяжело опираясь на меч, служивший ему костылем.
— Эту зубочистку на склад сдашь, — несмотря на могучий внешний вид, голос у офицера оказался тихим и даже слегка высоким.
— Да, сэр старший офицер.
— Можно просто — сэр.
Они вышли с территории основного лагеря и оказались на отшибе. Здесь даже плаца не существовало. А тенты, палатки и шатры стояли в высокой не скошенной траве. Выглядело это как захолустье или “угол изгнанников”. Но, тем не менее, Хаджар чувствовал некую особую, боевую атмосферу. Ту, которую он не мог отыскать в основном лагере.
Там Хаджару казалось, будто он пришел не в армейский лагерь, а в обычный палаточный городок. Просто жители вместо одежд носили доспехи, вот и вся разница.
— Твой шатер. — Догар указал на стоявший в центре шатер. Достаточно просторный, чтобы вместить несколько человек. Он стоял рядом с тем, что побольше. — Ты мой новый помощник, так что жить будем рядом.
— Да, сэр.
Догар впервые повернулся к Хаджару. Он смерил его оценивающим взглядом, а потом ткнул пальцем в грудь. Новоявленный офицер королевской армии покачнулся, но не упал.
— Хлипкий, — едва ли не сплюнул Догар. — Я смотрел за твоим боем. Скорость и реакция у тебя отличные, а вот тело — как у незрелой девки.
Хаджар не стал спорить и что-то доказывать. Хотя бы просто потому, что чувствовал в словах офицера долю истины.
— Ну и раз ты мой помощник, то тренироваться будешь в десять раз больше, чем мои остальные подчиненные. Возражения?
— Нет, сэр.
— Сейчас отдам тебя лекарю. Ночь отоспишься, а с утра на тренировку. Проспишься, придешь хромым, с насморком или головной болью — убью на месте и скажу, что при попытке дезертировать. Возражения?
— Нет, сэр, — повторил Хаджар.
Догар немного постоял, возвышаясь исполинской скалой, а потом кивнул. Он действительно отвел Хаджара в один из самых просторных шатров — лекарский. По дороге принц успел насчитать в отряде палаток примерно на тысячу голов. Действительно — очень маленькое подразделение.
В армии, насчитывающей несколько миллионов, самым маленьким звеном считалась “десятина” — десять тысяч воинов. А здесь же получалась десятина от десятины. Интересно, с какими целями генерал использовала Догара и его людей?
Лекарь оказался вполне себе приятным мужчиной неопределяемого возраста.
Он уложил Хаджара на переносную складную кровать. Таких в шатре стояло около трех дюжин. И на каждой в данный момент лежало стонущее, воющее или перевязанное тело.
— Недавно была битва? — спросил Хаджар, пока лекарь смазывал его раны.
— Битва? — Ученый отвлекся от своего дела, осмотрелся и улыбнулся. — А, ты об этом. Нет, просто тренировка.
