С этими словами Ариадна отступила от пентаграммы. На глазах у потрясенных Созерцателей тело женщины растеклось по полу, подобно густой черной патоке, и воспламенилось. Огонь взвился к потолку, ударил в стеклянную крышу, пробил в ней еще одну дыру и растворился в затянутом тучами небе.
– Проклятая ведьма! – крикнул ей вдогонку барон. – Ну и ладно! Без тебя справимся… А вы, – он снова взглянул на Созерцателей, – зря вы сюда пришли.
Откуда ни возьмись, к центру зала стали стягиваться дуарфы, вооруженные короткими стеклянными ножами. Их оказалось несколько десятков. Еще в зале было около двадцати пяти наемников в черных доспехах, и неизвестно, сколько их скрывалось по всему замку. Перевес был явно на стороне противника, но Созерцатели держались так, как будто их гораздо больше.
В центре другой пентаграммы сиял красным огнем обскурум. В воздухе рядом с магическим артефактом вились тонкие золотистые нити, отражающиеся в полукруге черных зеркал. Возле обскурума также в пентаграмме стояла неподвижная стеклянная фигура в человеческий рост, накрытая темным покрывалом.
– Откуда у вас обскурум?! – потрясенно спросил Алекс. – Это ведь тот самый… что мы нашли на Земле!
– Мы неплохо поработали, – ухмыльнулся маг Инцерон. – Пришлось попотеть, но оно того стоило.
– Все было не зря, – согласилась некромантка.
– Прекрати это, – сказал матери Алекс. – Иначе я… я… Я не знаю, что сделаю!
– Отец и сын… – медленно проговорила Корделия. – Так похожи… Внешностью, представлениями о чести и морали… И даже непоколебимым желанием умереть! Вы не спасете своего друга, как ни старайтесь. Но в память о нашем общем прошлом я дам вам возможность уйти отсюда. Убирайтесь, если хотите сохранить свои жизни!
– Вот, Алекс, – произнес Дмитрий, с ненавистью глядя на бывшую жену, – теперь ты видишь истинное обличье своей матери, а не ту маску, которой она пыталась тебя обмануть.
– Какие громкие слова, Дмитрий, – едва заметно улыбнулась Корделия. – Все мы носим маски. Иногда только это помогает нам выжить и не сойти с ума.
– Ты убивала и предавала… – дрожащим голосом произнес Алекс, с ужасом глядя на нее. – Лгала мне и рисковала моей жизнью. И все ради этого? – Он обвел рукой застывших врагов.
– Я и не жду, что ты поймешь. Мы очень разные, Алекс. Ты так похож на своего отца, ты всегда тянешься к свету. А я… – Корделия опустила глаза. – Я погрязла во тьме. И этого уже не изменить. Я слишком рано поняла, что единственный абсолют в этом мире – власть!
– И эти колдунишки из тайного круга дадут ее тебе? – с презрением спросил Грановский-младший.
– Я просто хочу жить! – отрезала она.
– Ценой жизни других ни в чем не повинных людей?! Ты ничем не отличаешься от Властелинов.
– У нас схожие взгляды на жизнь, – не стала отрицать Корделия.
– Ты ведь помнишь, что с ними стало? – спросил Дмитрий.
– Мы гораздо умнее их, – ответил Доминик Клайд.
– Я всю жизнь добивалась власти, – продолжила Корделия. – И я не отступлюсь. Я буду жить вечно благодаря этому мальчишке.
Она кивнула в сторону Макса, распятого на столе.
– Я не допущу этого, – произнес Дмитрий.
– Снова станешь совать нос в чужие дела? Зачем тебе это? Все уже свершилось, я добилась своего.
– Все оказалось ложью… – пробормотал Алекс. – Тебе был нужен лишь Тетрагон. Для этого ты сдалась нам… и мы сами отдали тебе проклятую книгу! А я поверил тебе…
– Я очень старалась, Алексей. Чтобы вы поверили в мой рассказ, нам даже пришлось убить мою старую учительницу Ипполиту.
– Ты пошла на это?! – ужаснулся Алекс.
– Я – зло, Алексей. И тебе лучше держаться от меня подальше. Повторяю в последний раз: уходи и живи. Без меня, как прежде. Твоя мать совсем не тот человек, который тебе нужен.
– Но я не дам тебе убить своих друзей!
– Я подарила тебе жизнь. Ты станешь сражаться со мной?
– Мать, верно… Но для меня это слово больше ничего не значит. Ты права, моя мать совсем не та, кем я ее считал.
– Жаль, что этим все кончится. Но я так далеко зашла не для того, чтобы кто-то встал у меня на пути. Даже ты, Алексей Грановский.
Корделия кивнула барону Клайду, и в тот же миг колдуны напали на Созерцателей.
Алекс и его спутники кинулись врассыпную, когда на них устремилось сразу несколько мощных потоков огня. Дуарфы бросились на противников, размахивая острыми ножами. Наемники выжидали удобный момент, чтобы вступить в бой.
Вера размахивала шестом, оглушая нападающих электрическими разрядами. Андрей орудовал лишь одним мечом, вторая рука его не слушалась. Дмитрий и Алекс яростно рубили клинками, расшвыривая в разные стороны визжащих дуарфов. При этом Созерцателям постоянно приходилось уворачиваться от огненных ударов колдунов. Пару раз заклятия попали в карликов, мгновенно воспламенив их. Горящие коротышки с визгом метались по залу, натыкаясь на различные предметы.
Герофраст вытащил из ножен, закрепленных на поясе, сразу четыре меча и, проворно орудуя всеми четырьмя клинками, ринулся на Созерцателей.
