Рики удивлялась своей бойкости. Откуда она взялась? Даже в деревне, в родном месте, Рики никогда не отличалась ни чрезмерной храбростью, ни наглостью. А теперь с ней творилось нечто невообразимое. Появилось и первое, и второе, и третье, и даже степень безрассудства повысилась, а ещё язык стал острее на слова, и даже разница в статусах перестала быть веской причиной, чтобы заставить себя вовремя остановиться.
— Пусти! — Вырывался Стенден. — Да пусти, кому говорю! Вот вцепилась.
— Штаны! Ты обещал.
— Я назвал цену, а ты отказываешься платить...
— Не отказываюсь, но вначале штаны.
— Вначале плата.
Рики выдохнула.
— Уговорил.
Улыбаясь, как кот, стащивший со стола сливки, Эларан замер перед девушкой.
— Закрой глаза, — потребовала та.
Стенден уже почти посмотрел на неё, как на дуру, но Рики была несгибаема — пришлось подчиниться.
Он почувствовал её дыхание спустя пару секунд. И её губы: шершавые и едва тёплые. Рики робко коснулась ими губ Эларана и тут же в прыжке отпрянула назад, словно поцелуй был со змеей, а не с нахальным сыном военного командира.
— И это всё? — Эларан удивленно изогнул брови.
— А ты что хотел?
— Моя матушка целует меня с большей страстью, чем это делаешь ты. — Стенден покачал головой. — Ты целоваться-то умеешь?
Это был вызов похлеще любого другого.
— Умею, — выпалила Рики.
— И какой неумеха тебя учил?
Память живо нарисовала перед глазами ночь на корабле и пахнущие вином губы Стернса, его горячие руки и сбивчивое дыхание. От этих воспоминаний у Рики чуть не закружилась голова. Сколько ещё они будут её преследовать? Глупый, дурацкий поцелуй, ничего не значащий для того, кто с ним полез. Поцелуй-пропасть, потому что чем больше Рики о нём вспоминала, тем больше падала в омут. А ведь раньше она Стернса за него ненавидела. Так почему сейчас ненависть отступила, и сердце щемит совсем от другого чувства, такого непонятного и страшного одновременно?
— Так скажешь? — ехидничал Эларан.
— Не твоё дело, — огрызнулась Рики. — Но целоваться точно умею. И очень даже хорошо. Многим нравится.
— Докажи! Потому что то, что сейчас было, совсем не в моём вкусе.
Рики вспыхнула.
— Мы договаривались на один поцелуй. Одни штаны — один поцелуй.
— Штаны — штука нужная и без них никуда. А ты меня чмокнула не лучше поросёнка, тыкающего пятаком в щёку.
За поросёнка хотелось Эларана треснуть, но штаны были очень нужны, поэтому Рики сдержалась и выдавила:
— Хорошо. Будет тебе ещё один.
Стенден расплылся в очередной улыбке.
— Только ты уж постарайся. Будет снова плохо — не будет штанов!
Как именно стараться, Рики понимала с трудом. Приложить силу? Изобразить удовольствие на лице? А, может, сделать, как Стернс тогда? Властно и решительно. Не спрашивая ничьего позволения, ведь то, чего он пожелал, должно выполняться беспрекословно и по одному лишь щелчку пальцев.
Подумано — сделано. Рики шагнула к Эларану, крепко сжала его лицо ладонями, зажмурилась и со всего размаха вперилась губами в губы мальчишки. Да так сильно, что зубы обоих стукнулись друг о друга, и его верхние зацепили нежную кожу цвета заиндевелой розы, и на нижней губе девушки проступили капельки крови. Но Эларану было плевать. Смело слизнув кровь языком, он сунул его Рики в рот и не вынимал, пока та не принялась брыкаться.
— Хватит уже. — Рики оттолкнула от себя Стендена и принялась вытирать рукавом мокрый от чужой слюны подбородок. — Фу, противно. Ты меня всю измазал. Давай штаны, — бросила она, когда лицо стало чистым и румянец схлынул с щёк.
— Я прямо в раздумье...
— А ну, живо давай! — Рики сунула под нос Эларану кулак. — Я твой язык в себе терпела? Терпела.
— А чего морщишься? Неужели не понравилось?
— Знавала и получше, — неожиданно для самой себя выдала девчонка и тут же замолчала. Нужно забыть о том случае на корабле. Забыть и никогда больше не вспоминать. Но почему сделать это так трудно, как будто через себя перешагиваешь?
— Ух, какая! — присвистнул Эларан. — А по виду и не скажешь. — И принялся развязывать на себе пояс.
Рики чуть не задохнулась от возмущения.
— Ты чего делаешь?
— Штаны хочу тебе отдать.
— А свои зачем снимаешь? Разве ты не принёс лишних?
Эларан покачал головой.
— Вот глупая. Рики, я не дома, запасных штанов нет. Готов с себя последнее снять, а ты поцеловать себя нормально не даёшь.
— Тьфу. А я то думала...
Руки Стендена застыли на поясе.
— Так что? Не нужны?
Это было уже слишком. Мало того, что терпеть его дыхание на себе пришлось целых два раза, мало того, что после произошедшего Рики чувствовала себя чуть ли ни продажной девкой, так теперь нависла угроза и без штанов для Сэма остаться! Ну и денёк! Вот вляпалась! Нет, допустить такое ни в коем случае было нельзя, и Рики вскинула голову, посмотрела Эларану в глаза и твёрдо произнесла:
— Снимай штаны!
Лорда Альгервильда мучила сильная отдышка. Это было неудивительно, ведь подняться по винтовой лестнице на самую вершину Папоротникового замка старику было уже давно не под силу. Это молодым он бегал туда-сюда по несколько раз на день. Теперь же уставал, стоило осилить лишь с десяток ступеней.
