Сердце Дракона. Пятнадцатый Том. Часть 2 полностью

Он уже видел её…

Видел её во время битвы с Ифритами. Там, в испытании Пути Среди Звезд.

Это был высокий воин в черной броне, с красным плащом, мечом и щитом.

— Генерал, — произнес. — Разве стихли боевые барабаны?

Где-то на границе слышимости Хаджара звучало:

— Бам! Бам-бам! Бам!

Его верные соратники били в огромные, обтянутые кожей, барабаны. Они призывали войско подняться в смертный бой. Будто и не было перед ними противника, которого невозможно ни ранить, но одолеть.

— Разве стих твой боевой клич?

И в громе, все еще терзающим небо, Хаджар услышал:

— А-а-а-а! — будто сотни тысяч бойцов, вскинув кулак в небо, давали волю своей праведной ярости. Чтобы укрепить свое сердце в борьбе с иноземцем, пришедшим топтать поля и луга их отцов и матерей.

— Разве перестала твоя рука сжимать меч?

Краем глаза Хаджар увидел как крепко, то вздутых вен и белых костяшек, его рука держала рукоять меча.

— Так почему ты закончил битву?

Нет.

Он еще не закончил.

Хаджар услышал зов своего войска. Он потянулся к нему. Словно в былые времена, он встал перед ними в полный рост. И первым, не зная усталости и не ведая страха, не сбавляя шага, стремглав бросился к противнику.

И тысячи воинов, идущих с ним в ветре, ринулись против общего врага, чтобы вместе биться за завтрашний рассвет.

О двуручный меч Борея, ударил клинок цвета лазурного неба.

И сила его была такова, что старик не смог сдержаться и сделал пусть и маленький, но шаг назад.

Он смотрел на окровавленного воина, сжимавшего меч чернее мрака. И медленно переводил взгляд на свой славный двуручный меч, с которым они бились бок о бок с момента рождения мира.

Впервые на нем появилась маленькая, меньше кончика детского ногтя, щербинка.

— Значит еще не все потеряно, да? — произнес он себе в бороду.

Хаджар моргнул и наваждение исчезло. Тень пропала, а ветер покинул его душу и, вместе с ним, исчезли и барабаны и воинственный клич армии.

Хаджар снова остался один, в луже собственной крови, в ожидании когда вражеский меч закончит его жизненный путь.

Что же… пусть так, но он придет к праотцам с гордо поднятой головой и скажет, что встретил свой конец без страха и упрека и не отдался на милость врагу. И заслужит тем самым место за столом предков в ожидании пока не решится его перерождение.

Вот только финальный удар все никак не…

— Вставай, маленький воин, — старик Борей протянул свою руку. — пришло время сменить твою татуировку.

Раны на теле Хаджара затянулись. Боль исчезла. Взгляд снова стал ясным, а эхо и звон исчезли из его ушей.

Он потянулся правой рукой и, обхватив запястье старца, с удивлением обнаружил, что узор татуировки на ней начал постепенно меняться.

— Ты заслужил свое собственное имя, — Борей рывком поднял Хаджара на ноги. — Отныне и впредь, зовешься ты Хаджар Дархан — Ветер Северных Долин.

Вокруг Скалы Предка не было видно ни единого сантиметра, где, стоя на облаках, не парили бы драконы. Самые высокородные, аристократы, одетые в волшебные робы, стояли бок о бок с низко родными, облаченными в простые одежды. И в этот день никого не волновало где был рожден дракон, какова чистота его крови и растут ли у него рога в человеческой форме.

В этот день должно было произойти то, чего не случалось в истории драконов еще никогда прежде. Битва за престол между двумя равными по праву крови.

Но, что еще более необычно, хотя — куда более, один из них не был даже чистокровным. Полукровка, являющийся носителем крови Великого Героя Травеса, последний из племени Лазурного Облака.

Простой Повелитель начальной стадии.

И он осмелился бросить вызову их Императору? Небесному Императору Пиковой стадии?

И пусть для каждого исход поединка был ясен, но, все же, они собрались здесь, чтобы запечатлеть событие, о котором будут рассказывать своим потомкам.

Даже сейчас, когда поединок еще не начался, они уже имели счастье лицезреть Императора в своем боевом обличии.

Могучий и неприступный, он стоял посреди песка древней арены, окруженной статуями их достойных предков.

Его броня уровня Звездного артефакта, поражала воображение своей красотой и сложностью. Левую ногу Императора прикрывали поножи в виде прекрасной серебряной девы, а правую — лик грозного золотого демона. На левой половине торса доспех выглядел дланью серебряной руки, а на правой — кожистым золотым крылом.

Вокруг Императора парил его щит — одна его половина это черный бес, держащий серп, а другая — белый дух, сжимавший кинжал. И вместе они образовывали круг, в центре которого застыл розовый волшебный кристалл.

Таков был второй клинок Императора — его щит и меч.

А первый, который он сжимал в правой руке, выглядел полоской белого облака, заключенного в сталь.

— И где же твой претендент, Чин’Аме, — спросил Император у облаченного в черного мага, опиравшегося на свой посох. — Или он, все же, не придет.

— Он уже идет, мой Император, — поклонился волшебник.

Грянул гром.

За несколько дней до этого