– Али аль-Хусейн ибн Абдалла ибн Сина, – тихо проговорил раввин, делая ударение на каждом слоге. – Вы, как великий врач и знаменитый ученый, доверяете лишь тому, что видят ваши глаза и понимает ваш разум, не придавая значения даже той вере, в которой воспитаны. – Али хотел было возразить, но старец жестом призвал его к молчанию. – Не поймите меня превратно, Али аль-Хусейн. Я не собираюсь вершить правосудие. Ваши поступки я не могу ни одобрять, ни осуждать. Мы с Саддином часто говорили о вас. Но я хочу спросить: готовы ли вы выслушать то, что я скажу? Подумайте хорошенько. Вы действительно хотите знать правду, даже если она окажется за пределами понимания?
Али молчал. Он был удивлен и взбешен одновременно. Как взбрело в голову Саддину обсуждать его персону? И почему Моше Бен Маймон говорит загадками?
– Да, я хочу знать правду, – как можно спокойнее сказал Али.
Старец задумчиво кивнул головой:
– Хорошо. Тогда садитесь.
Он дважды ударил в ладоши, и через мгновение перед ними появился молодой иудей.
– Исаак, принеси нам что-нибудь перекусить и выпить. Достань вино из погреба.
– Вино? – в изумлении переспросил Али, когда юноша вышел. – Вы осмелились предложить мне вина? Вам должно быть хорошо известно, что правоверному мусульманину запрещено употреблять горячительные напитки.
– Правоверным – да. Я это знаю. – Али покраснел под умиротворенным взглядом мудрого старца, словно его, как нерадивого ученика, учитель уличил во вранье. Испытывая стыд, он понял, что тот хорошо осведомлен. А что он знал о ребе? Ничего, кроме его имени!
– Как вижу, Саддин немало рассказал вам обо мне.
– Вы раздосадованы, Али аль-Хусейн. Но вам не следует сердиться на Саддина. Когда он говорит о вас, то…
– Говорил, – поправил Али. – Он мертв.
Моше побледнел. Закрыв глаза, он стал шевелить губами, словно творя молитву. Затем провел рукой по лицу, будто смывая с него что-то.
– Прошу простить, Али аль-Хусейн. Но это известие ввергло меня в ужас. Я не был к нему готов. – Раввин сокрушенно покачал головой. – Тем более вам не стоит сердиться на Саддина. Если он и говорил о вас, то как друг, который беспокоится за вашу жизнь и безопасность.
– Но он ничего не рассказал о вас, – заметил Али.
Моше пожал плечами.
– Наверное, у него были свои причины. Но обратимся лучше к вашим делам. Саддин мне говорил, что вы пытаетесь разгадать тайну камней Фатимы. Верно?
– Да, это так, – ответил Али, не понимая, какое отношение созвездие имеет к сапфирам. – Но должен честно признаться, что пока не удалось далеко продвинуться в своих исследованиях. Пока мне известно лишь несколько сказок, забытых легенд, которые помнит горстка стариков. В трудах философов и ученых я не нашел никаких указаний. Один мудрец, правда, изучал целебные свойства камней. Но его трактат слишком поверхностный. И о сапфире, который называют камнем Фатимы, там не сказано ни слова.
Моше улыбнулся:
– Разумеется. В подобных книгах вы не найдете никаких упоминаний о камне. А вот в легендах…
– Вы хотите сказать, что эта история с сапфиром, который якобы является частью глаза Фатимы, любимой дочери Пророка, соответствует действительности? – перебил его Али.
– Все, что связано с камнем, относится к вопросу веры, – сказал раввин. – Действительно ли речь идет о глазе любимой дочери Пророка или нет, сказать невозможно. Но оставим эту тему. Ведь вы пришли не по поводу камня. Вы хотели спросить меня о созвездии. Созвездие в форме глаза, которое вы видели, действительно существует. И пусть вас не удивляет, что его нет на звездных картах. Оно редко появляется на небе – чаще всего на несколько мгновений, и не каждый способен его увидеть.
Али решительно тряхнул головой.
– Но это невозможно! – воскликнул он. – Звезды не могут появляться из ничего и исчезать в никуда. Такого не бывает.
– Кто вам сказал, что звезды исчезают? – с улыбкой возразил раввин, и Али показалось, что тот насмехается над ним.
– Я не собираюсь играть с вами в ваши игры. – Али терял самообладание. – Не для того я тащился сюда через весь город. Я хочу услышать от вас ответ на свой вопрос. Если вы не можете или не хотите дать его мне, так прямо и скажите, чтобы я не тратил попусту свое драгоценное время.
Моше Бен Маймон повел бровью.
– Итак, вы ждете от меня убедительного объяснения тому, что наблюдали. Давайте рассмотрим этот феномен с точки зрения ученого и философа. – Раввин сейчас напоминал учителя, терпеливо объясняющего ученику основы математики. – Аллах – кажется, так зовется ваш Бог – сотворил Небо и Землю. Ведь так?
Али пожал плечами.
– Не понимаю, какое отношение это имеет к…
– Вы согласны со мной, Али аль-Хусейн?
– Хм… по крайней мере, так написано в Коране.
– И не только в Коране, но и в Библии христиан и священных книгах моего народа. – Моше удовлетворенно кивнул. – Предположим, что эта истина верна. Аллах – Творец Земли и Неба.
Али закатил глаза.
Он чувствовал себя в роли прихожанина, которого имам вызвал в мечеть, чтобы объяснить ему, как должен вести себя правоверный мусульманин. Он чуть не взорвался, когда старый раввин жестом попросил его молчать.
