Молча развернувшись, отдала оба документа Эштону, тот тут же испарился из зала. Чазер припрячет так эти бумаги, что ни один теневик не найдёт.
Успокоив мысли, решила ответить Эдварду.
– За всё, что сделала со мной и моим братом твоя семья, деньгами не расплатиться. Душевные раны золотом не лечатся, Эдвард. Да, я тебя прощаю, – эти слова дались мне с трудом. – Но, – видя, что его губах появилась улыбка, поспешила добавить: – Прощаю лишь потому, что ты был под воздействием магии, да только вот забыть не смогу. Эдвард, прошу тебя, если ты на самом деле любишь меня, не приходи больше сюда, забудь дорогу. Живи своей жизнью, отпусти свои чувства, познакомься с другой…
– Виви… Вивианна, что ты такое говоришь? – Эдвард подскочил на ноги. – Я никогда! Слышишь? Никогда от тебя не отступлюсь! Пусть пройдут дни, недели и даже месяцы, но я вымолю прощение у тебя. Молю, только подожди, – мне показалось, что его взгляд на мгновение стал ненормальным, словно он был чем-то одержим… нет, кем-то. Неужели мною?
По телу пробежал холодок.
– Нет! – твёрдо ответила на его просьбу. – Наши пути разошлись и более никогда не пересекутся.
Возможно, другая бы сказала, что обязательно вернёт те сто золотых бывшему мужу, но не я. За смерть Виви, за страдания Эштона он был должен куда больше.
– Виви, душа моя, я услышал твоё «нет», но оно вскоре превратится в «да», – его голос смягчился. – Дай мне всего две недели, и я докажу, что умею ухаживать.
– Нет.
– Вивианна, если ты дашь мне шанс, то я построю дом, где мы будешь жить втроём, без мамы и сестры, только я, ты и Эштон. Ты станешь хозяйкой дома, твой голос будет главным, все слуги будут тебе подчиняться.
– Эдвард, – прервала бывшего мужа Виви. – Остановись и услышь меня. Наши дороги разошлись. Попытайся устроить свою личную жизнь без меня.
На его губах появилась странная улыбка.
– Не смогу без тебя, моя душа и магия принимают лишь тебя одну, не обрекай меня на жизнь без любви и наследника.
Он поднялся, бросил на меня грустный взгляд и со словами «я приду завтра» вышел из таверны.
Обняв голову руками, прикрыла глаза, с моих губ сорвался полустон-полусмех.
– Когда это всё закончится? Какие глупости говорит этот Эдвард. Кто может простить смерть?
Чазер сидел рядом и поглаживал меня по спине.
– Не нравится мне этот новый, воспылавший любовью Эверхруст, – произнёс Чаз. – Странный он.
– Ты тоже это заметил? Есть в его взгляде какая-то одержимость. Он меня пугает, – поёжившись, вздохнула. – Теперь таверна полностью наша, но мне от этого почему-то совсем не радостно.
– Вивианна, сегодня вечером нам стоит посетить шахту, магии в тебе стало больше, нужно попробовать разбудить хранителя и добыть кровавую Чёрную слезу. Вдруг у генерала не получится раздобыть её в столице.
– Да, ты прав, нужно заняться шахтой, – согласилась с хранителем.
– Вот и молодец! После ужина и поедем.
Столица
Дилан Лонгстрит покидал дворец в расстроенных чувствах. Его величество вежливо отказал в выдаче камня, заявив, что раз у генерала есть и другие возможности избавиться от разъедающего тело, душу и магию яда, то тот и сам справится с такой незначительной проблемой. А под конец разговора напомнил, чтобы генерал поторопился с делами государственной важности.
Дилан и сам понимал, что его величество начинает терять терпение, как только гномы продали королю информацию, где находится дракон, правитель потерял аппетит и сон, он требовал от элитного отряда теневых воинов срочно найти способы добыть кровь из спящего дракона.
У королевского рода имелись древние свитки, в которых рассказывались способы не только жить долгие годы молодым и здоровым, варя из крови чешуйчатых зелье, но и способ поработить этих древних исполинов и даже, убив, забрать себе магическую силу.
Но был один маленький нюанс: чтобы забрать магическую силу себе, тот, кто это решит сделать, должен самолично нанести последний удар дракону. Да вот только, чтобы это суметь, нужно быть намного сильнее его величества. Это понимал не только генерал Дилан, но и сам правитель.
У двух десятков теневых воинов не получалось подобраться к дракону через ловушки, а об убийстве и разговора не велось. Ловушки были очень древними, не поддавались анализу, даже храннессы разводили руками. За всё время нахождения в маленьком городке воины по очереди ходили в горы и удачно смогли пройти пять ловушек, а вот шестая зацепила генерала. Но приказ есть приказ, приходится исполнять.
В ту ночь, когда был ранен Дилан, маленькому отряду удалось подобраться очень близко и даже увидеть морду дракона.
Храннесс Дилана очень переживал, впервые повысив на наследника голос. Хранитель был уверен, что не стоит трогать дракона, не зря его так хорошо запечатали в этих горах, неизвестно что ещё будет, когда у теневиков получится приблизиться к зверюге.
Храннесс уверял, что те воины, запечатавшие дракона, были в несколько раз магически сильнее нынешних магиков. И каждый поход в горы требовал не дёргать за усы судьбу.
