— Ты в своём уме!? Тебя хотел изнасиловать какой-то хрен, о котором ты ничего не знаешь, а ты теперь страдаешь по нему! Алка, тебе срочно нужен нормальный мужик!
— Я не хочу нормального. Мне псих запал в душу. Тот, кто меня ведьмой обзывал и грозился убить, если снова покажусь ему на глаза. Тот, кто меня едва не изнасиловал, но который целовал и ласкал, словно свою драгоценную собственность. Как если бы я была его по праву. И моё мнение его не интересовало. Он желал меня, и это была достаточная причина для близости между нами. Да, он жёсткий на слова. Но не грубый. Особенно его руки, они ласковые. Нежные. И я точно знаю, он ломался, когда причинял мне страдания… Зося, но самое странное в этой ситуации то, что я, совершенно не помню его лицо. Даже не помню, какого цвета у него глаза, волосы. Представляешь? Я мучаюсь, вспоминая, а вспомнить не могу. Вот его слова, прикосновения – это всё очень четко врезалось в меня. Но не его внешность. Хотя помню, он мне понравился. Не с первого взгляда, но понравился. Ты не думай, я не пьяная была. Вернее в начале «да», но потом-то трезвая, как стёклышко. А всё равно, воспоминания затуманены. Я надеялась, что успокоюсь и перестану думать о нём, а меня, наоборот, с каждым днём, с каждой ночью, всё больше и больше разрывают изнутри тревоги и мучительные мысли о нём.
Зося закурила. Раньше она никогда не курила в кабинете, а вот сейчас, услышав мои слова, разнервничалась и закурила свои любимые тонкие сигаретки. Она меня не перебивала. И я была благодарна ей за это. Поэтому продолжила говорить.
— Зося, ты, пожалуйста, не подумай, что я чокнулась. Я в него не влюбилась. Но тоскую. И мне очень нужно знать, что с ним всё хорошо. Что он жив. Просто жив… Он и все обитатели его дома.
— Обитатели? – тихо спросила Зося. – Ты была у него дома?
— Была.
— Он тебя к себе домой приводил?
— Нет. Он… Зося, давай я тебе, потом всё расскажу? Потом, когда эти воспоминания перестанут быть такими болезненными.
— Хорошо. Я вот только понять не могу, если ты была у него дома, чего ты тогда не можешь пойти и узнать, как у него дела? Гордость мешает? Или у него жена есть?
— Нет! Жены нет. Любовница есть, а жены нет.
— Не понимаю, - ещё больше растерялась подруга. - Если у него есть любовница и ты о ней знаешь, зачем он тебе нужен? Зачем ему нужна ты?
— Я ему не нужна, тут ты права. Да и он мне не нужен. Я лишь хочу знать, что он жив.
— Ему угрожала опасность?
— Да.
— И ты его спасла?
— Или убила.
Теперь и я потянулась за тонкой сигаретой из Зосиной пачки.
Мы курили и пили кофе. О работе больше речи не шло. Несколько раз мимо нашего кабинета пробегали встревоженный сотрудники. Они искоса на нас поглядывали. Наиболее смелые делали нам замечания. Некоторые, завидев наш пофигизм, крутили пальцем у виска.
Но больше всего меня порадовал программист Мишка. Он последние деньки дорабатывал в фирме. Его уже ждало хорошее место в филиале какого-то крупного банка. Поэтому он не держался за своё место здесь и искренне обрадовался, увидев таких же, как он, свободных духом людей.
— О! Девчонки, а вы чего балду пинаете? Что уже везде свои резолюции наложили и теперь не знаете чем заняться?
Мишка не вникал, за что отвечаем мы и полагал, что я с Зосей лишь распоряжения давали нижестоящим менеджерам. Отчасти он был прав. Однако за последний месяц половину сотрудников уволили, поэтому мы с Зосей тянули на себе работу, за которую раньше отвечали несколько менеджеров. Но если учесть, что новых контрактов никто не заключал, то работы было немного.
Мы с работой в принципе справлялись. Вот только сегодня наш пухленький генеральный сообщил, фирма больше не его. Он нас передал новому руководству. И кому пендаля дадут, кого оставят, теперь будет решать новый собственник, команда которого прибудет завтра.
— Мишка! – обрадовалась Зося. – Присоединяйся к нам!
— Курить? – спросил Мишка, входя в кабинет.
— И пить! – указала она на чашку кофе.
— А как насчёт чего-нибудь покрепче? – улыбнувшись, Мишка подмигнул мне и небрежно провел рукой, поправляя свои светлые волосы.
Да. Последующие события приобрели высоко-градусный оборот, в виде коньячка. Позже к нам присоединилась бухгалтерия полным составом. Девочки принесли с собой ещё выпивку и дело у нас пошло. Кто-то заказал пиццу и вскоре мы не только пили, но и ели.
Зося через компьютер врубила музыку, и пьянка медленно переросла в дискотЭку. Скудный мужской коллектив мы пополнили из гос. резерва, что томился на складе. Грузчики обалдели от той возможности прохалтурить, что с нашей лёгкой подачи поддержала глав. бух, которая давно поглядывала на зав. складом.
