– Если он казнит тебя, я не знаю, смогу ли я когда-нибудь его простить за это.
Лицо Грея выражает смирение. Его глаза, кажется, темнеют еще больше.
– У короля на первом месте должно быть королевство, а не женщина, которую он любит.
– Он сказал мне то же самое, – Харпер сердито хмурится. – Вы оба – дураки, и идеалы у вас дурацкие. Вы пробыли с ним здесь в ловушке почти
Я была права вчера. Мы с ней могли бы стать подругами.
– Миледи, – Грей, наконец, делает шаг вперед и приподнимает пальцем подбородок принцессы, чтобы посмотреть ей в глаза. – Если вы любите его, то поймете его мотивы. Не стоит недооценивать его навыки управления государством. Он знает, что делает. Мы с вами уже говорили на тему милосердия и слабости.
Она вздыхает.
– Я помню.
– Вам также не стоит недооценивать мое умение оставаться в живых.
Брови Харпер подскакивают вверх, и в ее лице появляется надежда. Грей пожимает плечами и убирает руку от лица принцессы.
– Мне дали день, а я даже на это не рассчитывал.
Харпер протягивает руку, чтобы поймать ладонь Грея и сжать ее между своими.
– Ты что-нибудь придумаешь. Обещай мне.
– Безо всякого труда. Даю вам свое слово, – говорит он. – Я бы тоже попросил вас кое-что пообещать мне.
– Что угодно, – принцесса Харпер выпрямляется. – Я докажу твою невиновность. Скажи, что мне нужно делать. Я поговорю с советниками.
– Миледи, вы меня не так поняли. Я бы просил вас не вмешиваться, – он запинается. – И я не хочу, чтобы вы смотрели.
Харпер бледнеет и делает шаг назад.
– Грей.
Его голос остается твердым.
– Я сдержу свое обещание, если вы сдержите свое.
Она нервно сглатывает.
– Хорошо. Я обещаю, – говорит девушка. – Я все равно попытаюсь его остановить.
Грей улыбается, но его улыбку трудно назвать радостной.
– Именно поэтому вам судьбой предначертано стоять рядом с ним.
По щеке девушки скатывается слеза, и принцесса торопливо стирает ее.
– Ты, должно быть, устал, но. – ее голос прерывается, но затем она поднимает взгляд на Грея, и в ее глазах снова загорается надежда. – Может быть, мы сможем завтра провести немного времени вместе? Рэн говорит, ты можешь делать, что хочешь, если при этом не покинешь территорию замка.
Он кивает.
– Да, конечно.
– Я тренировалась сражаться на мечах. Зо помогала мне.
Улыбка Грея выглядит несколько печальной.
– Не могу дождаться, чтобы посмотреть, чему вы научились.
– Хорошо, – говорит Харпер, и едва не начинает плакать снова, но успевает вытереть глаза. – Завтра утром?
– В любой удобный для вас час.
Принцесса исчезает из комнаты так же тихо, как появилась.
Грей широкими шагами идет через комнату, делает это очень быстро, несмотря на раненую ногу, и распахивает занавески.
Я смотрю на него во все глаза.
– Подумать только, и ты вел речи об обмане и предательстве.
Он хмурится в недоумении.
– Ты о чем?
– Ты и принцесса. Неудивительно, что ты бежал.
К моему удивлению, Грей смеется.
– Рэн вряд ли бы позволил мне и пальцем пошевелить, если бы это было правдой, – он тут же становится серьезным, и мне начинает казаться, что все намного сложнее и что он чего-то недоговаривает. – Не говори о вещах, о которых ничего не знаешь.
Интересно.
– Ты говорил серьезно? Ты скорее умрешь, чем скажешь ему, что ты и есть наследник?
– Да.
Он отвечает легко и простодушно. После его отполированных осторожных ответов принцу я не ожидала от Грея такой прямоты.
– Как ты вообще сюда попала? – Грей хмурит брови.
– Через камин. Я отодвинула перегородку.
Брови Грея подскакивают вверх.
– Эти перегородки не отодвигали в течение многих лет.
– Наверное, именно поэтому мне потребовался целый день, чтобы ее сдвинуть.
Грей бросает взгляд на камин, потом снова переводит его на меня. Мне снова становится неловко из-за одежды, которая подчеркивает каждый изгиб моего тела, и хочется снова отойти подальше в темный угол комнаты.
– Ты пролезла через зажженный камин? – уточняет он.
Я морщусь.
– С моей стороны он не горел, и вообще я проворнее, чем выгляжу.
Снаружи звонит колокол, оповещая о смене караула.
– Позволишь ли ты мне вернуться обратно или дашь своему принцу знать о том, что я сбежала?
Грей смотрит на меня очень долго, а потом делает шаг назад.
– Моя комната охраняется не хуже твоей. Выходит, побег получился неудачный.
Я встаю на колени перед очагом и прислоняюсь спиной к боковой стене, чтобы не соприкоснуться с пламенем.
– Ты сказал принцессе, что ей не стоит недооценивать твое умение оставаться в живых.
– Как видишь, я до сих пор жив.
– Как видишь, я тоже. Так что мои умения тоже не стоит недооценивать, – я протискиваюсь в узкий проход, щелчком сбрасывая со своего свитера горящий уголек и ни на секунду не забывая о том, что за мной наблюдают. – Полагаю, ты не изменишь своего решения и не будешь сотрудничать с моей матерью ради мира?
– Твоя мать – чудовище, – отвечает он.
Я хмурюсь и берусь рукой за кирпич, после чего оказываюсь у себя в комнате и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Грея сквозь языки пламени.
– Учитывая то, что я узнала за последнее время, твой принц – не лучше.
