Аликорн коротко кивнула Рарити и телепортировала себя и подругу прямо в рабочий кабинет. Ее ждала долгая и упорная работа с бумагами, ну и давно уже стоило вплотную заняться проблемами Эквестрии. Уже не как Хранитель Магии, но как принцесса и правительница.
Пони не впервой ссориться, ругаться, делиться на группы по взглядам и интересам. Несмотря на демонстративно выпячиваемое единство и дружность, пони все еще были разумными со всеми своими достоинствами, недостатками и противоречиями. Жители Эквестрии никогда не были единым, несокрушимым монолитом, но их объединяли идеи гармонии и мира, и принцесса Селестия, тысячелетнее правление которой не могло не оставить глубокий след в истории страны.
Неудивительно, что резкая смена правительства не всем пришлась по душе.
Несмотря на усилия Селестии, буквально затыкавшей Твайлайт Спаркл все дыры и проблемы, юная принцесса не могла заменить ее. Банальным образом прошло недостаточно времени, чтобы жители Эквестрии смогли привыкнуть к ней, принять. Решение о коронации, как и опасались многие, оказалось все же поспешным, пусть после объявления Твайлайт принцессой Дружбы и прошло несколько лет.
Это оказался слишком незначительный срок после более чем тысячелетнего главенства Селестии.
Недовольство в обществе копилось и множилось. Юная принцесса с присущим ей усердием и методичностью искореняла излишний застой, она вместе с подругами, не занявшими каких бы то ни было мест в правительстве, но все-таки обладающими немалой властью и влиянием, всеми силами громила неподвижную глыбу консерватизма, придавившую Эквестрию. Подняли головы изобретатели, ученые-теоретики, энтузиасты, расцвели многочисленные институты и университеты, широкое финансирование получили не-магические исследования.
Естественно, это не могло понравиться всем. Естественно, нашлись многочисленные недовольные. И, конечно же, провал личного проекта Спаркл, магический голем, которым она занималась в свободное время, не добавил любви молодой принцессе.
Десятки раненных, а то и покалеченных пони, грифонов, чейджлингов, двое драконов, получивших столь тяжелые раны, что им пришлось впасть в спячку под присмотром многочисленных целителей. Многочисленные разрушения, огромный урон репутации, и все из-за нескольких ошибок в логических схемах, которые Твайлайт допустила просто по неопытности, воспользовавшись опытом разработки искусственного интеллекта из Мира-за-Зеркалом. Ну и из-за излишней самоуверенности — снабжать голема столь мощным магическим ядром ей однозначно не стоило.
Неудивительно, что появление Багиры всколыхнуло не только Эквестрию, но и все соседние страны. Вполне логично, что боевая машина из другого мира, вооруженная, с неизвестными целями и логикой, напугала столь многих. И, естественно, стоило только начать расходиться слухам о ее безобидности, как все вокруг начали спорить.
Кто-то еще верил в Твайлайт, помня о ее заслугах и понимая, что все ошибаются. Кто-то просто считал, что машина, созданная более опытными существами, будет куда понятнее и предсказуемее. Кого-то тронули истории о дружбе между стальной тигрицей и маленькой кобылкой, некоторые посчитали это хорошим знаком, что не все так плохо. Но было много тех, кто придерживался строго противоположного мнения.
И, конечно же, были те, кто решил всем этим воспользоваться.
У Твайлайт Спаркл не было присущего Селестии ореола божественности и всемогущества, о ней среди темных дельцов не ходили легенды о способности подсматривать за всеми через солнце. Она не имела грозной репутации Луны, и никто не боялся, что она подсмотрит мысли и планы через сны. У юной принцессы просто банально не хватало влияния, что и позволило недовольным начать действовать.
Шепотки и слухи, разговоры на тему компетентности принцессы, ее методов правления и целей. Местами мягкая, местами грубая работа с населением. Действия аристократии, которой очень не понравилась поддержка многочисленных «выскочек» без длинной родословной, выслужившихся только из-за каких-то там «достижений» в науке. Твайлайт, разрывающаяся между Багирой, государственными делами и своими подругами, банально не могла за всем уследить, и просто упустила ситуацию, потеряла над ней контроль. У Луны не было связей, а Селестия…
Селестия как обычно чему-то загадочно улыбалась. Улыбалась, рассылая свитки и письма десятками, улыбалась, пропадая иногда целыми днями неизвестно где, улыбалась на искренние возмущения сестры и ее попытки хоть как-то повлиять на ситуацию. Улыбалась и пила чай, пряча за чашкой тревожно сжатые губы. И лишь в моменты одиночества и тишины можно было услышать, как она шепчет самой себе «терпи».
Она знала, что делала. Она призвала себе в помощь весь свой опыт планирования. Она взвесила все риски, оценила все исходы, провела титаническую работу, дергая за все доступные ниточки и рычаги, иногда столь резко и грубо, что те рвались и ломались. Селестия пожертвовала сном, отдыхом и покоем, вновь заковав себя в цепи самоконтроля, дабы направить события по наиболее выгодному для Эквестрии пути.
